В жарком лесу, где каждая капля дождя пришивала к коже, телеги сворачивались на маленькой полянке у дороги. Седой воин прокричал "Привал!", и ассасины спешились, чтобы расседлать лошадей. Лес надул под коричневыми деревьями как парная, дождь непрерывно хлынул с ветвей.
Ресницы и брови сгорели, лысую голову перепекал безобразный шрам. Вся грудь была покрыта пятнами ожогов. То, что делалось на спине, я видеть не мог, но это было, наверное, к лучшему. Левая нога стала в два раза тоньше правой и изуродована шрамами.
– Все парень о сексе можешь забыть навсегда, с такой рожей нельзя о нем даже и мечтать, – всплыла в мозгу грустная мысль. – Синяя морда шака намного приятнее моего нынешнего вида.
***
-Эх, а как все хорошо начиналось, – крутились в голове невеселые мысли. – Красавец мужчина, на лихом коне с метателем подмышкой, почти захватил Геон и женился на принцессе.
– Скромнее нужно быть юноша, скромнее! – занимался я, самокритикой и параллельно стараясь восстановить обгоревшее ухо.
Прошла неделя с достопамятного купания в озере, которое подтвердило худшие опасения насчет моего внешнего вида. Естественное желание нажраться до потери пульса мне исполнить не удалось, по причине отсутствия водки, поэтому пришлось, занимался самоедством.
– А что собственно произошло? Ну, отрихтовали мне физиономию и что из этого следует? Там в пустоши я произносил перед подчиненными пламенные речи и готовился отдать жизнь за свободу угнетенного народа Геона, а сейчас расплакался по испорченной голливудской улыбке.
Весь этот словесный понос являлся шумовым фоном для действительно серьезного дела, я отращивал себе ухо. За прошедшие с начала процедуры три дня мне удалось добиться потрясающего результата, и сейчас я вносил завершающие штрихи в процесс регенерации.
"Для того чтобы увидеть результат своих трудов я отправился на озеро. Отражение в воде меня обрадовало и одновременно расстроило. Мне удалось вырастить себе новое левое ухо, оно было правильной формы и размера, но совершенно отличалось от правого. На моей покоцаной физиономии ухо смотрелось как пришитое, взамен утраченного.
