В жарком лесу, где каждая капля дождя пришивала к коже, телеги сворачивались на маленькой полянке у дороги. Седой воин прокричал "Привал!", и ассасины спешились, чтобы расседлать лошадей. Лес надул под коричневыми деревьями как парная, дождь непрерывно хлынул с ветвей.
Вожак, громко хрюкая, метался по поляне в поисках нового противника и мы боялись, что он нападет не нас. На наше счастье кабан нашел в кустах недобитого волка и начал рвать его на куски. Визг и грозное хрюканье кабана продолжалось еще полчаса пока он, пошатываясь, не вышел из кустов на поляну. Вожак волков все-таки убил своего противника, порвав какую-то артерию в паху кабана, и могучий секач истек кровью. Сначала у кабана подогнулись передние ноги, и зверь, повалившись набок затих. Единственный оставшийся в живых кабан, обнюхав умирающего вожака, скрылся в кустах, оставив поле боя нам с шаком.
"Из полудремы меня вывел луч солнца пробившегося сквозь листву и упавший мне на лицо. Костер погас, и в очаге дымились только уголья.
– Эх, шашлычка бы сейчас с пивом, – возникло в голове странное желание.
Желание было странным, потому что за все время моих странствий по Геону, я не встречал напитка хотя бы отдаленно напоминавшего этот божественный эликсир.
Я потянулся до треска в позвоночнике и встал на ноги. 'Первый' потрошил свинок, доставшихся нам в качестве трофеев от ночного побоища, а я подошел к трупу вожака стаи волков. Зверюга лежала на боку вытянувшись во всю свою трехметровую длину.
– Ничего себе собачка!
Из горла трупа торчал обломок стрелы без наконечника. Поиски наконечника рядом с волком результата не дали
– Осталось только восемь стрел, – отметило сознание.
– Первый тебе помочь?
– Не нужно, нож всего один, а ты без ножа ничего здесь не сделаешь.
– Ладно, я тогда пойду, погуляю по округе.
Вернувшись к костру я, забрав лук и оставшиеся стрелы, пошел искать источник силы для подзарядки. Подходящий луч нашелся возле большого камня, выглядывавшего из земли на склоне холма поросшего кустарником. Холм мне показался очень странным, вокруг холма рос вековой лес, а на самом холме росли только невысокие кусты.
