В жарком лесу, где каждая капля дождя пришивала к коже, телеги сворачивались на маленькой полянке у дороги. Седой воин прокричал "Привал!", и ассасины спешились, чтобы расседлать лошадей. Лес надул под коричневыми деревьями как парная, дождь непрерывно хлынул с ветвей.
Хотя может быть, амулеты носили только шаманы, жившие возле долины Дерева Жизни? Усталость, накопившаяся за день, все настойчивее требовала отдыха, и я решил устроить привал на холме в двухстах метрах от дороги. 'Первый' снял с себя бандуру метателя и уселся под деревом на землю.
– У шака здоровья не меряно, тащить на себе пятидесяти килограммовую железяку и все время бегом за пределами человеческих возможностей, – подумал я глядя на 'Первого'. Хотя находись я в приличной форме, то при помощи 'Силы' мог бы потягаться и с ним.
Мое самочувствие стремительно приходило в норму. Сосуды на левой ноге уже не лопались от перегрузки, мышцы окрепли и перестали рваться как раньше. Внешне обе конечности выглядели абсолютно одинаковыми, и только шрамы портили благостную картину. Я ощущал себя абсолютно здоровым и у меня оставались силы для того чтобы отправиться на охоту. За последнее время мне приходилось намного чаще бегать, чем ходить пешком.
– Отдыхай и займись костром, а я сбегаю что-нибудь подстрелю, – приказал я шаку и отправился на охоту.
Долго искать добычу не пришлось, и уже через двадцать минут я возвратился на холм с подстреленным оленем. Шак начал свежевать добычу, а мне удалось немного подремать. Я снова увидел сон из прошлой жизни.
Мы плыли на речном трамвайчике по Москве реке в компании одноклассников, празднуя окончание школы. Теплую июньскую ночь заполняли звуки музыки, голова кружилась от выпитого шампанского и вина. Я вышел на верхнюю палубу проветриться и покурить.
Во сне я целовался не с Ларисой, а с Тузиком, который таким способом пытался меня разбудить. Его мокрый шершавый язык намочил всю мою физиономию."
"– Хозяин обед готов, – позвал к костру 'Первый'.
Я не стал заставлять упрашивать себя, и принялся за еду. Мой личный повар как всегда оказался на высоте, изумительный суп из оленины сам просился в желудок, но спокойно поесть нам не дали.
