В ночном лесу шагает зверь со змеиным языком, выискивающим запахи добычи в предвкушении еды. Тело оленя-химеры покрыто слоем коры, и на его спине удерживается лишь когтевая решетка — готовясь к очередной молниеносной атаке на свою добычу.
«Вопрос с доспехами решен, пора выходить в люди», — окончательно оформился в голове план дальнейших действий.
После обеда я стал готовиться к отплытию. Внимательно осмотрев и подремонтировав лодку, я рассортировал и упаковал вещи, починил и постирал одежду. Вся эта рутина заняла много времени и сил, ужинать пришлось в темноте у костра. Спать пока не хотелось, и я, разложив на коленях карту, стал строить планы на завтра. Если верить карте, то завтра я доплыву до города на берегу озера.
В городе задерживаться надолго очень опасно, иностранец, пытающийся легализоваться, всегда привлекает внимание властей.
«Да, но как я мог забыть о мече Лотела? Это вещь дорогая и очень заметная. Лотел — человек далеко не последний, и его, наверное, уже ищут, и тут заявляюсь я с его мечом. Прямо как в том анекдоте: „Вся публика в дерьме, и тут появляюсь я во всем белом“.
Я вынул меч из ножен и положил себе на колени.
«Рукоятку обмотаю кожаным ремешком, так даже лучше — рука скользить не будет. Камень на рукоятке нужно чем-то закрыть от посторонних глаз. Символы на гарде необходимо как-то удалить. Эх, если бы можно было нарисовать что-нибудь на клинке, сам бы Лотел его не узнал бы».
В прошлой жизни я неплохо рисовал, даже подрабатывал в институте, копируя рисунки для татуировок. Результат этого хобби, королевская кобра, красовался на моем левом предплечье.
«Стоп, а почему нельзя нарисовать? У меня же получилось срезать петли на сундуке лучом Силы».
Отложив в сторону меч, я достал нож и, погрузившись в транс, вызвал тонкий лучик Силы из указательного пальца руки.
