В ночном лесу шагает зверь со змеиным языком, выискивающим запахи добычи в предвкушении еды. Тело оленя-химеры покрыто слоем коры, и на его спине удерживается лишь когтевая решетка — готовясь к очередной молниеносной атаке на свою добычу.
Возможно, на караван готовится нападение. Значит, кто-то должен пасти караван и связываться со своим человеком в нем. Нужно будет отследить ходока ночью по ауре: он или оставит записку в приметном месте, или встретится с людьми не из каравана. Хвост, скорее всего, движется за караваном, но в пределах видимости. Нужно будет проверить эти догадки».
Так, занятый своими размышлениями, я практически не заметил, как день стал клониться к ночи. Караван свернул с дороги и остановился на огороженной каменным забором площади с бассейном в середине.
— Заметил что-то подозрительное? — поинтересовался он.
— Нет, но есть некоторые соображения на этот счет.
— Какие?
— Если караван пасут, то наблюдение где-то рядом. Мне нужно завтра отстать от каравана и глянуть, кто идет за нами. Сколько времени мы будем в пути? — спросил я.
— Десять дней, если все пойдет как обычно, — ответил Дирк. — Ты просил у Торвина человека, зачем он тебе?
— Если я замечу опасность, то пошлю его к Торвину предупредить. Мне от фургона отлучаться нельзя.
— Я согласен. Завтра Торвин даст тебе человека, с ним и отстанешь на разведку.
Я кивнул и расположился возле повозки, готовясь ко сну. За ночь ничего примечательного не произошло. Из каравана никто не отлучался и никто к каравану не приближался. Утром, после завтрака, ко мне подошел боец из отряда Торвина и сказал, что он поступает в мое распоряжение.
— Как тебя зовут? — спросил я бойца.
— Рис, — представился парень.
Подождав с полчаса, мы выехали вслед за караваном. Сканируя пространство вокруг себя, я сразу заметил трех всадников, движущихся по следам каравана. Мы поехали медленнее, но всадники свернули к месту нашей ночной стоянки и направились к колодцу.
— Какие успехи? — поинтересовался Дирк.
— За нами едут трое, — рассказал я.
