Автор
В дрожащих от старости листах семейного архива раскрывается история Странный брак. В черно-белых страницах пропитана тайны и любви, легендарной хитрецов и невинности юных сердец в Оласрёске. Роман облечён глубоким уютом прошлого и прямыми, без изысков словами о вечном человеке и его неожиданных судьбах.
[22] И верно, сделалась Пирошка такой бледненькой, прозрачной, будто насквозь просвечивала; под глазами появились синие круги, на лице видны все жилки наперечет.
— Ничего не поделаешь, придется привезти доктора, — сказал Хорват и послал за ныне покойным Медве.
Приехал доктор — вечная ему память! — старый Хорват и к нему пристал со своими хитрыми вопросами:
— Угадайте, почему я вас пригласил?
— Верно, кто-нибудь заболел, — отвечал Медве.
— Все может быть, но вы должны угадать, кто именно, на то вы и доктор.
Старый Медве вскипел:
— Что? Так вы и мне вздумали загадывать свои загадки? Если хотите знать, так это вы заболели, с ума спятили!
Старый доктор был весьма груб.
— Ну-ну, не сердитесь, — сказал хозяин примирительно. — Не нравится мне цвет лица у Пирошки, да и сложение ее. Бледная она, слабенькая и хрупкая; совсем не растет. Хотелось бы знать, в чем тут причина.
— Вам это должно быть лучше известно, сударь. Чем она обыкновенно занимается?
Хорват рассказал врачу, как проводит девушка свой день: в таком-то часу встает, занимается науками, потом играет на рояле, обедает, снова занимается, а после вышивает, ужинает и перед сном слушает сказки, которые рассказывает ей няня.
— Ну, вот вы сами и раскрыли причину. К счастью, беде еще можно помочь.
— Ах, доктор, храни вас господь!..
— Не поручайте господу богу расплачиваться по вашим собственным векселям, — перебил его Медве. — Слушайте-ка лучше повнимательнее. Девушка станет румяной, как маков цвет, если только вы будете строго придерживаться моих предписаний. В противном случае она погибнет.
— Приказывайте, — заикаясь от испуга, пролепетал Хорват.
— Как называется вон тот лесок, что виднеется вдали?
— Бернеш…
— Кому он принадлежит?
— Мне."
"— Так вот, в течение ста дней барышня должна будет отправляться с топориком в этот лесок и каждый день срубать по одной березке толщиной в руку. Срубленные деревья пусть складывает в одну кучу; и как только будет положена сотая березка, барышня расцветет, как самая прекрасная роза.
— Что вы говорите? — обомлел Хорват. — Это невозможно! Чтоб я велел ей такими слабыми, нежными ручками дрова рубить, словно какому-нибудь поденщику?! Вы что, всерьез? Чтобы я позволил ей выйти за ворота, где бы на нее глазели мужчины?.. Никогда! Я дал зарок! Двух моих дочерей уже украли. Хватит! Я не отдам эту последнюю и самую красивую из моих дочерей. Она останется со мной.
Доктор Медве пожал плечами.
— Поступайте, как вам будет угодно.
