Автор
В теплый погожий сентябрьский день супруги Забелины приехали на новое дачное место. Тем временем Юлия Владимировна открывает низкую калитку и ведет их через густой подснежник к странному, заполненному загадками дому. Это начало необычной истории, где реальность тонкого порождает невероятные события....
– Возможно, еще одно объяснение, – сказал Гуров. – Записка для него не имела важности в принципе. Свое дело он сделал – избил мать, навел шороха, увел ребенка. Это было его целью. Тут все он подготовил четко, иначе наследил бы во время нападения. Но именно к написанию записок он отнесся спустя рукава, будто к чему-то несерьезному.
– Видимо, он просто держит Долецких в тонусе, но на самом деле все, что он пишет, пустые слова, – предположил Стас. – Потому и выбирает клишированные фразы. «Поиграй с нами».
– Или ограниченность, – добавил Гуров. – Не спец работал.
– Мухи отдельно, котлеты отдельно, – согласился Гойда. – А теперь серьезно. Почему он не потребовал выкуп? Почему не намекнул на причину, которая заставила его совершить преступление?
– А если намекнул? – спросил Гуров. – А что, если мы не распознали намек?
Виктория Сергеевна повернулась к сыщикам и жестом призвала их подойти ближе.
– Связь плохая, но камеру мы нашли. Вон на том доме установлена, – указала она рукой на невысокое здание метрах в двадцати от парковки.
Она помахала рукой в сторону камеры видеонаблюдения.
– Радости-то сколько, – не выдержал Гуров и наклонился к уху Стаса: – Она всегда такой была?
– А то ты не заметил, – хмыкнул Крячко.
Они подошли к Кораблевой, державшей в руках мобильный телефон. На экране появилось изображение парковки.
– Дата сегодняшняя, – сообщила Кораблева. – Перемотка невозможна, так как запись покадровая.
– И именно того момента, когда была подброшена записка, мы и не найдем, – подлил масло в огонь Гойда. – Простите, это уже нервное.
– Должны найти, – неожиданно уверенным тоном заявил Алексей. – Это серьезная зацепка.
– Напомните точное время вашего прибытия, – попросил Гуров. – С того момента и начнем просматривать.
– Я приехал в десять часов утра, – сказал Долецкий. – Или в начале одиннадцатого.
Кораблева пролистала изображения до отметки девять часов пятьдесят минут.
– Поехали."
"Картинки на экране сменяли одна другую, и каждый внимательно всматривался в то, что было на изображении. Люди спешили по своим делам, входили в двери «Макдоналдса», расположенного в здании совсем рядом, выходили обратно со стаканами кофе в руках.
