И то, что в них говорят, иногда без профессионального переводчика и не разберёшь.
Но как же мне нравилось это окутывающее со всех сторон облако из чужой тени – физической близости, которую я больше чувствовала обнажённой душой, а не телом. И от которой мои эмоции просто зашкаливали, превращая все ощущения в неповторимый феерический сонм одновременно и пугающего, и столь же блаженного экстаза. Сильнодействующий наркотик, сводящий с ума на раз и из мощного дурмана которого не хотелось всплывать как можно дольше. Особенно, когда кроме рук державшего тебя демона времени (или вечности) ты уже ощущала и его тело, вжимающееся в твою спину и ягодицы. Его губы, скользящие по щеке и скуле, задевающие уголок твоего рта сладким дыханием.
«Ты меня слышишь… Дана?» – опять его голос, как тягучая патока сладко царапает кожу и диафрагму под сердцем.
«Да… слышу…» – похоже я пыталась произнести это вслух не во сне, а в реальности, с затруднительной натяжкой.
«Тогда открой глаза. У тебя очень мало времени. У тебя его уже нет…»
«Не понимаю…»
Мне вдруг захотелось повернуть голову и посмотреть в его лицо и глаза. Убедиться, что это он. Хотя я и по ощущениям понимала, что он. Ещё никого в жизни я так не чувствовала глубоко, остро и сильно, как его, и спутать теперь не смогла бы ни с кем другим.
«Проснись, Дана…»
Зачем это ему? И, разве я сплю? И даже если сплю, я не хочу просыпаться. Мне нравится то, что я сейчас испытываю. Мне нравится чувствовать близость Кроноса на таком умопомрачительном уровне, с которым точно не сравнится ни один земной наркотик.
«Дана! Ты меня слышишь?..»
Да, слышу! Поэтому и не собираюсь просыпаться! Что здесь непонятного?
Но даже во сне наши желания очень часто разбиваются о происходящий там хаос, и в этом тоже не обошлось без схожего казуса. Когда одна картинка резко сменилась другой и надо мной резко нависло неразборчивое лицо то ли чудовища, то ли смазанного густыми тенями человеческого силуэта.
«ПРОСНИСЬ! СЕЙЧАС ЖЕ!»"
"Ну я и проснулась. Тут бы, наверное, любой проснулся, дёрнувшись всем телом от пережитой во сне паники, а потом и в реальности, поскольку увиденный до этого силуэт в темноте так никуда и не исчез. И он действительно нагибался надо мной, приближаясь до упора и… занося надо мной руку.
Едва ли это было чудовище или вылезший из ночных теней комнаты демон, но его шипение сквозь стиснутые зубы, перешедшее в какую-то неразборчивую фразу на незнакомом мне языке, и вправду показалось каким-то нечеловеческим. Правда, всё равно ненадолго. Не знаю, что именно заставило меня дёрнуться и резко отпрянуть от этой ожившей и взявшейся из ниоткуда тени, но именно данный инстинкт, по сути, и спас мне жизнь.