Например, «Хотела бы, но только снова с вами!»
– А сейчас? – он опять неспешно прошёлся по моему лицу и открытой части тела едва не осязаемым взглядом. И опять меня пробрало от его «задумчивого» изучения до самых поджилок и сладкой дрожи в онемевших конечностях.
Чёрт! Я даже рядом с собственным парнем ничего подобного не испытывала, причём так же будучи слегка под шафе. Даже невольно захотелось сжать бёдра и поджать пальцы на ногах.
– Ты же не можешь не понимать, для чего я тебя сюда пригласил?
– К-конечно.
И, кажется, я это всё-таки сделала. Стиснула ноги и зажала между ними ноющую поверхность киски, которая, отреагировала совсем другими позывными, как на желанную для неё стимуляцию. Боже, я реально сошла с ума. Или же… банально напилась?
– И, догадываешься, что это не какая-то романтическая встреча, которая должна завершиться жаркой постельной сценой где-нибудь на пляже на закате солнца?
А вот здесь он меня подловил так подловил. Практически едва не сдёрнул с неба на землю. Причём довольно-таки болезненно, из-за чего я чуть было не протрезвела до изначального состояния. Хотя он совершенно не выглядел иронично подшучивающим циником. Скорее, всё тем же непробивным толстокожим реалистом, которому ничего и никому не нужно что-то доказывать или разъяснять. Обычно, он всегда берёт то, что хочет, без лишних слов и объяснений. Странно, что он вообще захотел со мной о чём-то поговорить, а не сразу с порога поставил перед собой в любимую для себя позу.
– И ты готова ко всему, что я намереваюсь с тобой здесь сегодня сделать?
Чем дальше он задавал свои «тестирующие» вопросы, тем больше я краснела и впадала в панику от мысли, что говорила ему неправду. Я не была готова! Совершенно! Поскольку не знала, что именно он собирался со мной тут делать? Только трахать? Тогда… где здесь постель? При нашем первом с ним знакомстве кровати тоже не было, но в той гостиной не находилось ничего такого, что вызывало бы у меня дополнительных вопросов или нехороших опасений.
– Н-не знаю. Может это зависит от того, что вы хотите со мной сегодня сделать.
И зачем, спрашивается, я вдруг вспомнила, как он на меня смотрел там у конюшни, когда стащил меня с лошади, поставил перед собой, а потом… Потом рассматривал моё лицо так, будто… будто… Даже не знаю, как это описать. Будто действительно хотел что-то со мной сделать и, скорей всего, безумное.
От этого воспоминания и от всех засевших в памяти деталей, меня словно ошпарило и частично ослепило. А глядя на него сейчас и чувствуя его подминающую близость, и вовсе всё начинало плыть и будто вибрировать.
– Можно сказать, чуть больше того, что я уже с тобой делал до этого. Я так понимаю, ты сейчас не особо голодна?
Какое тонкое замечание.