А может он вёл себя так расхлябано, потому что за его спиной стояло два скучающих мордоворота? Правда, их присутствие как-то не особенно повлияло на поведение Кроноса. Точнее, он вообще их не замечал, буквально в упор, будто их тут и вовсе не существовало. И, если потребуется, сделает так, что они станут таковыми уже по-настоящему.
– Рико, Рико! Ну, разве так можно говорить со своими родственниками и когда-то лучшими друзьями? Я, конечно, могу подождать, пока ты наиграешься своей новой куколкой, но, может сделаешь для меня хотя бы разочек, хоть одно исключение из правил? Она всё равно для тебя никто и таковой останется уже навсегда. В чём смысл тогда делать вид, что это не так?
– А в том, Винс… – мне не послышалось, у Кроноса действительно заметно сел и ощутимее охрип голос, хотя внешне он вроде как и виду не подавал, что именно чувствовал. Может лишь взгляд стал более тяжёлым и грузным. – Что в некоторые моменты ты начинаешь забываться. И то, что ты являешься братом покойной Велии никаких поблажек или дополнительных бонусов тебе не даёт. Мой тебе совет. Лучше притормози, Винс. Притормози, пока ещё не слишком поздно.
Вот теперь мне стало страшно уже по-настоящему. Потому что я чувствовала насколько Федерико говорил всё это серьёзно и без намёка на скрытую шутку.
– Хочешь сказать, ты способен ради какой-то юбки пожертвовать родственными связями?
– Не перекладывай с больной головы на здоровую, Винс. Это ты пытаешься ими пожертвовать ради своей сиюминутной блажи, совершенно не думая о возможных последствиях. Неужели так сложно держать себя в руках, тем более перед совершенно незнакомой тебе девушкой? Ты ведь понятия не имеешь, кто она такая, но уже успел оскорбить за это время, будто действительно не соображая, что говоришь. Забыл, в чьём доме ты находишься?
Кажется, впервые слова Крона возымели над его неуравновешенным родственничком должный эффект, причём в виде невидимой, но весьма отрезвляющей пощёчины.
Винсенте даже нахмурился, будто и в самом деле почувствовал, как его неслабо так тряхнуло. А может взгляд Федерико сказал ему то, что сам Кронос не мог озвучить вслух по вполне понятным причинам.
– Наверное, ты прав, Рико! Прости… прости, брат! Ты ведь и сам знаешь, каким я становлюсь, когда начинаю вспоминать о Велии. Для меня это, как… красная тряпка для быка. В голову бьёт на раз и навылет.
Винс даже положил свою лапищу на плечо Крона, будто мог подобным образом донести свои мысли более доходчиво или же показать, что он при этом чувствует. А чувствовал он, скорей всего, самый банальный страх перед более сильным противником.