Целью путешествия были преодолены множество загадочных препятствий и исключительных ситуаций. Великолепная гостиная, застеклённая почти со всех сторон прозрачными панорамными окнами на огромную террасу внутреннего двора, выглядела для меня неестественно большей. Я сразу заметила Его в одном из кожаных кресел сзади....
Вроде и не быстро, но не так уж и медленно."
"У меня снова резко закружилась голова, пересохло во рту, а по телу прошлась жаркая волна из явно свихнувшихся эмоций и желаний. Я в жизни ещё не видела с такой близости подобных мужчин – огромных, мускулистых, словно высеченных из живого гранита и оплетённых под тонкой лоснящейся кожей извилистыми змейками вздутых вен. А ещё я никогда раньше не видела такого большого члена, стоящего упругим колом над тяжёлой мошонкой своего владельца и буквально нацеленного в мою сторону вздутой и блестящей головкой.
О, боже! Неужели он собирался войти в меня вот… этим?
Глава 8
– Расслабься, Дана…
– Я не…
– Разве я разрешал тебе что-то говорить?
И снова его огромная ладонь легла на моё горло, не давая мне возможности приподнять головы, чтобы увидеть то, что он со мной там делает. Только позволял ощущать и… смотреть в его склонённое надо мной лицо то ли полубога, то ли языческого демона.
– И не вздумай сопротивляться. Обещаю… – его пальцы снова коснулись моей горячей и очень влажной киски, вынудив меня дёрнуться и громко ахнуть от неслабого приступа острой похоти, вспыхнувшей в клиторе и в более глубоких мышцах под давлением чужой ласки.
Если он не остановиться и не перестанет растирать мне клитор, то я точно кончу буквально через несколько секунд.
– Умница… – прилетело мне прямо в лицо, когда меня затрясло ещё сильнее, а мои немощные стоны участились и стали более громкими.
Я было даже решила, что он действительно собирался довести меня до оргазма столь незамысловатым способом, но уже через пару секунд пришлось осознать, насколько я ошиблась.
И не просто осознать, а едва не закричать и то, скорее от испуга.
Было ли мне больно? Да, было, но не до такой степени, чтобы орать благим матом и звать на помощь в истеричном припадке. К тому же сама боль длилась не так уж и долго. Вернее, её изначальный приступ в тот самый момент, когда мне показалось, будто в меня пытаются вогнать что-то очень большее и раздирающее в том самом месте.
– Я сказал РАССЛАБСЯ!
Самое ненормальное в этом безумии было то, что я почему-то разделяла склонённого надо мной мужчину с той болью, которую он мне причинял, когда пытался протолкнуть в меня свой большой член. Будто там происходило что-то совершенно отдельное от того, что он на самом деле хотел со мной сделать. Хотя, в какой-то момент острота боли начала притупляться, а потом и вовсе сходить на нет, пусть и не совсем до конца.
