Автор
Я была вынуждена стоять в пределах коридора комнаты из-за короткой походки, назначенной мне самим лордом Уилмором. За эти три месяца я предсказала наследство и конфликты с наемниками в захолустных деревнях, а также рождение его дочери. В то же время я нашла долгостарый клад под стрехой старческого овинника, где лежали золотые украшения с топазами — наследие своего отца....
Мне жаль ее.
- Дракону - жаль? Даже не смешно.
- Мать, когда я ее нашел, она сидела на цепи. Уилмор держал ее в башне, чтобы не сбежала
- прикованную и совершенно голую.
- Да неужели! - изумилась леди Фредегонда, но взгляд ее светлых глаз стал еще пристальнее, только Тевиш этого не заметил.
- Она хотела умереть. Пыталась вывести меня, чтобы я ее убил. Сказала, что станет причиной моей гибели.
- Что?! - мать сорвалась на визг. - Ее выпороть за это мало! Неблагодарная девчонка!
- Ты всерьез считаешь, что она способна меня погубить? - усмехнулся Тевиш.
Она смотрела сурово, светлые глаза были, как льдинки.
- Человеку не под силу погубить дракона, - сказала она.
- Тогда будь спокойна.
- Но женщина - не человек, - добавила она многозначительно.
- Я - не мой отец, - ответил Тевиш и опять посмотрел вниз.
- Конечно, куда тебе до того чудовища, - фыркнула леди Фредегонда.
Она выжидательно замолчала, но сын не захотел отвечать.
- Мелхола ведь всё ещё девушка, - сказала она. - Несмотря на плен. Ведь так? Ты не ошибся?
- Так. Не ошибся.
Конечно, девушка. Разве драконья кровь может не почуять девственницу? Тевиш еле сдержал улыбку. Особенно - эту. От нее так и веяло солнечным жаром. Сильнее, чем от золота. Драконов греют девственницы и золото. Холодная драконья кровь жаждет чужого тепла. Но за такой человеческий огонь можно было без сожаления отдать всё золото мира.
- Тогда не понимаю, что ты с ней возишься, - сердито сказала мать и спросила: - У тебя на нее какие-то планы?
- Хочу, чтобы она пришла в себя, - ответил Тевиш уклончиво. - Пусть поживет спокойно. Год, два...
- Два года? Так долго? Подумаешь - подержали в плену, - леди Фредегонда презрительно скривилась. - Женщина забывает даже насилие. А этой и забывать нечего.
- Не обижай ее, - предостерег Тевиш.
- Кто-то станет обижать твою разлюбезную сироту, - огрызнулась старая леди. - Лучше скажи."
"Что там хотела узнать мать, так и осталось тайной, потому что в этот момент Мелхола, уворачиваясь от мяча, оступилась и упала. Брюна разочарованно завопила, но тут же замолчала, потому что Мелхола не торопилась вставать на ноги.
Тевиш раздул ноздри, мгновенно учуяв запах - запах крови.
