Автор
Здешний коридор казался мрачнее обычного благодаря тонкому слою испарины на коже и постоянному желанию убежать. Невозможно было не заметить жестокий шторм дыхания, когда вышла из лифта в зал презентации, где проходила крупномасштабная выставка новейших микросхем для нефтегазового оборудования из Кореи. Но нужно было идти быстрее, чтобы добраться до цели своего дня раньше срока....
Руки не слушались, были неловкими. Я очень старалась себя контролировать, но глаза то и дело лихорадочно косились на то место, где я лежала на животе, когда Роман Давидович… входил в меня сзади."
"Эта картина как прибитая стояла перед глазами. И еще мои развратные стоны – они будто эхом раздавались в кабинете прямо сейчас! Пытка какая-то. Лишь единожды я решилась и украдкой посмотрела на Романа Давидовича. Он был абсолютно невозмутим. Собран, спокоен, хладнокровен. И казалось, я совершенно его не интересую… Совершенно, будто невидимая тень или мы с ним абсолютные незнакомцы!
– Все! – вдруг довольно объявила Ольга Валерьевна, и я чуть в голос не вздохнула с облегчением.
Она поднялась из-за стола и перехватила у меня папку, куда сама вложила последний документ.
– Завтра совет директоров. Подготовьте прогноз по динамики внедрения с расчетом в три-четыре месяца, – велел Радов.
– Поняла, сделаю! Что-то еще?
– Нет.
Ольга Валерьевна кивнула и задвинула стул. Я тем временем тихонько направилась к двери, как вдруг услышала:
– Ваша помощница пусть задержится!
Мгновенно застыла, будто получила удар в спину. Растерянно обернувшись, я столкнулась прямо с взглядом Радова, который в прах уничтожил надежды о том, что мне послышалось. Начальница, кажется, тоже на секунду оторопела. Но следом спокойно приблизилась и забрала у меня папки.
– Давай, я сама занесу!
Я проводила ее беспомощным взглядом до самой двери.
Звон поднялся в ушах от резко прилива крови. Он всего лишь поднялся из-за стола, а я тут же вся подобралась, будто от испуга. Мужчина заметил это. И в синих глазах скользнул явный холод, прежде чем генеральный зашагал к своему рабочему столу.
– Как ваше самочувствие, Надежда Сергеевна? – поинтересовался он сухим деловым тоном, заняв свое кресло.
– Х-хорошо… – выдохнула несмело.
Роман Давидович задержал на мне хмурый, сканирующий взгляд и непреклонно велел:
– Подойдите.
Сердце забилось где-то в желудке. Однако прежде чем я поддалась приступу паники, он неспешно выдвинул ящик в столе, из которого достал файл с какими-то бумагами.
Мысленно встряхнув себя, я неуверенно застучала каблуками, ощущая, как тело пробивает мелкая дрожь. Совсем не получалось изображать бесстрастие, беря пример с Радова, и собраться.
