Автор
Стрыгутся отрезами из краски и штриха. Каждая плитка дышит атмосферой солнечного дня на лугу: зеленые кусты, листва в полете, голубизна неба над цветущими чашками. Эта книга — живописное путешествие по весеннему саду, где каждая страница напитана невероятной живостью и дыханием природы....
«Может, полиции рассказать, пусть бы тряхнули эту Марину хорошенько, — размышляла она. — В конце концов, весь этот кошмар должен кончиться. Она же сказала, что готова признаться, если на нее надавят. Значит, моя задача сделать так, чтобы надавили. Я, правда, не знаю, как отнесется к моему частному сыску полиция. Могут ведь и разозлиться. Так что еще один вариант — дождаться, пока выпишут из больницы Димку Воронова. Он же тоже что-то знает, сам говорил, так что объединим информацию».
В раздумьях она выпила две чашки чаю и съела три ватрушки.
— Ты где был? — спросила она. — Я тебя даже искать ходила, но не нашла.
— Я большой мальчик, так что не потеряюсь. Твои сыновья водили меня посмотреть на почти отреставрированную церковь. Им ни жить, ни быть хочется подняться на колокольню. Еле убедил, что, пока не снимут леса, делать этого не стоит.
— Вот чертенята, — засмеялась Лера, — я же с них слово взяла, что они и близко туда не подойдут, пока не окончатся работы!
— Так они твой запрет и не нарушили, они меня с собой позвали, — рассудительно заметил Олег.
— И они согласились? — с сомнением спросила Лера.
— Закручинились, но согласились. У меня, знаешь ли, педагогический талант.
— Не сомневаюсь, — Лера благодарно прильнула щекой к его обнаженной коротким рукавом рубашки мускулистой руке. В меру загорелой, в меру волосатой.
— Костер я им разжег на берегу, картошку в золе печь будут. Своя собственная-то вкуснее, чем за столом. Я им пообещал, что еще немного с гостями посижу и к ним вернусь. Будем встречать на реке рассвет.
— Как это? Всю ночь будете на берегу сидеть? — удивилась Лера.
— А почему нет? Палатку поставим, у меня в багажнике есть. Только мы тебя не возьмем, не обессудь. У нас мужские дела."
"— Ладно, — Лера снова засмеялась и ткнулась носом в такую надежную, такую привычную мужнину руку.
И тут со стороны барского дома послышался полный ужаса крик. Потом еще один и еще. Кричала Татьяна Ивановна. Вскочив с лавки, Лера со всех ног бросилась туда. Следом за ней побежал Олег и оставшиеся за столом гости.
Татьяна Ивановна стояла посредине своего кабинета, бледная, дрожащая, обеими руками схватившись за горло. Оглянувшись на ворвавшуюся в комнату компанию, она молча показала на свой рабочий стол.
