Автор
Стрыгутся отрезами из краски и штриха. Каждая плитка дышит атмосферой солнечного дня на лугу: зеленые кусты, листва в полете, голубизна неба над цветущими чашками. Эта книга — живописное путешествие по весеннему саду, где каждая страница напитана невероятной живостью и дыханием природы....
Это председатель совета директоров нашего завода, ну тот, толстый, московский, который министерством поставлен федеральные интересы защищать, а на деле только свой карман защищает. Он уже нашел покупателя — иностранную фирму, которая готова была купить завод вместе с его якобы имеющимися долгами. А наши (Лера усмехнулась, услышав такое определение губернатора и директора завода) предоставили данные, что мы работаем эффективно и с прибылью. Тут-то и выяснилось, что никаких долгов нет. Кто-то финансовые показатели подделал.
— Знаю я этого кого-то, — вздохнула Лера, осведомленная теперь о том, какую роль в попытке рейдерского захвата завода сыграл ее бывший муженек.
— Да все знают, — махнула рукой Валентина. — Светку Зеленину из бухгалтерии, ну, знаешь, такая, в кудряшках, уволили вчера с треском. Говорят, она вещи собирала и так рыдала, что стены ходуном ходили. Оказывается, она в сговоре была с этими рейдерами. В общем, теперь министерство нас передумало продавать, тем более что мы базовое предприятие для молочной академии.
— Ой, Валя, не знаю я, есть ли чему радоваться, — задумчиво сказала Лера. — Найдется в нашей бухгалтерии очередная Светка, появится очередной покупатель, и снова министерство на чужой каравай начнет рот разевать. Свято место пусто не бывает.
— А вот и не начнет! — Валентина торжествующе засмеялась. — Марьяна сказала, что губернатор в Москве выбил, чтобы нас в областную собственность передали.
— Дай бог, — Лера застегнула белый костюм, в котором ходила на работе, и шагнула к дверям. — Так-то я слышала, что мы в планах приватизации на 2016 год стоим. Так что если до этого времени область нас под свое крыло не заберет, то в любом случае кто-нибудь нас да купит. Я вот все удивляюсь, как можно выставлять на продажу такое огромное предприятие, совершенно не думая ни о социальных последствиях, ни о пользе для региона, ни об экономическом эффекте. Глупость одна, а не промышленная политика!
— Марьяна говорит, что директор так возмущался, что завод на торги всего за девятьсот миллионов выставили! — сказала Валя, тоже закончив переодеваться и запирая дверцу своего шкафчика.
— Ты откуда такие слова знаешь? — засмеялась Лера.
— А я заочно на экономиста учусь, — гордо доложила Валя. — Ты что, Лерка, я ж тебе говорила. Я на примере нашего завода все курсовые пишу и к диплому уже приступила.
