Автор
Стрыгутся отрезами из краски и штриха. Каждая плитка дышит атмосферой солнечного дня на лугу: зеленые кусты, листва в полете, голубизна неба над цветущими чашками. Эта книга — живописное путешествие по весеннему саду, где каждая страница напитана невероятной живостью и дыханием природы....
"
"В подъезде бабуля тяжело оперлась на ее руку, но все-таки преодолела несколько пролетов, отделяющих их от квартиры на втором этаже.
— Хорошо, что не пятый, — традиционно заметила она. — Дом-то хоть и обкомовский, но без лифта.
Дверь в квартиру — просторную четырехкомнатную квартиру добротного, действительно «обкомовского» дома — оказалась приоткрытой. Лера встревожилась.
— Ба, ты что, уходя, дверь забыла запереть? — спросила она, чувствуя холодок под ложечкой. Забывчивостью бабуля не страдала.
— У меня, слава богу, не маразм, — с достоинством ответила старушка.
— Бабуля, постой тут, я посмотрю, — почему-то шепотом сказала Лера и, толкнув дверь, вошла в темнеющий перед ней прямоугольник коридора. Влажной от страха рукой она нащупала на стене выключатель, вспыхнул свет, озарив пространство, заполненное антикварной мебелью, и Лера на цыпочках сделала несколько шагов и заглянула в гостиную.
Здесь царил разгром. Открытые шкафы и ящики комода щетинились каким-то тряпьем.
* * *Проводив «Скорую», Лера в глубокой задумчивости вернулась в гостиную.
Самую первую шаль, немного кривую, с перепутанным в нескольких местах узором, она оставила себе, и Лера, ночуя у бабушки с дедом, иногда накрывалась этой тонкой невесомой вязью, напоминающей сплетенные вместе снежинки. Шаль была огромная, белая, действительно напоминающая снежное покрывало. Сейчас на ней отпечатался след чьего-то грязного ботинка, и Лере стало так ее жаль, словно шаль была живая и ей могло быть больно.
