В темном доме затаился мужчина, готовый к бдительности. Но она пришла снова, неожиданно захватывая его сутью и ореолом интриги. Его губы искривляются в ухмылке, вспоминая её дерзкий дух и непостижимую притягательность. Это тело всемогущей Луны, чья природа заставляет его восхищаться и бояться одновременно....
Похоже, «Страсть волчицы» относится к циклу. Ниже — другие найденные книги этой линии.
Агата мотнула головой, отчего её прямые светлые волосы разметались по плечам, и распахнула входную дверь."
"Захар стоял к ней спиной. Смотрел на огонь. Он не обернулся, не пошевелился. Как стоял, так и продолжил стоять.
У Агаты оборвалось сердце. До чего же он хорош….Невероятно хорош. Настоящий зверь. Сильный.
И властный.
Мужчина.
Она сглотнула подступивший к горлу ком, и прищурила глаза.
Он снова дает понять, что он хозяин их отношений.
Агата хотела уже возмутиться и сказать, что-нибудь нагло-пахабное, когда услышала его спокойное:
— Я говорил тебе, в каком виде ты можешь входить в мой дом?
Агата вздрогнула и снова шумно сглотнула.
— Да….
— Почему тогда ты посмела войти одетой?
Его голос оставался спокойным. Раздражающе спокойным. И одновременно безумно возбуждающим.
Тело Агаты завибрировало. Да как он смеет!.. Снова отдает приказы!
— Раздевайся или уходи.
У него всё очень просто. Или одно, или второе. А у неё нутро выворачивает от желания и неудовлетворенной страсти. Конечно, можно уйти, можно отправиться в первый попавшийся кабак и….
Захар услышал шорох падающей одежды. Отлично. Умная девочка. Не злит его с самого начала, как было в прошлый раз. Прогресс на лицо.
Она скинула одежду и сделала шаг в его направлении.
Он, по-прежнему стоял спиной.
— Ещё… Скажешь хоть одно матерное слово, или посмеешь обозвать меня, повысить голос — вышвырну.
Агата знала, что вышвырнет.
Потому что уже делал так.
Делал!.. С ней!…С дочерью альфы!…
Кровь прильнула к лицу, и она прикусила губу, чтобы не сказать всё, что думает о нем. И сказала бы, непременно сказала бы, если бы её жадный взгляд не скользнул по его широким плечам, обтянутой коричневой тенниской.
Она сразу же вспомнила каков он, когда обнажен.
И подавила порыв.
Сделала ещё один шаг в его направлении.
— Нет. На шкуру ложись. Перед камином. И ноги разведи.
У Агаты всё оборвалось внутри. Вот так всегда! Спокойный, сдержанный, не терпящий возражений.
В первые вечера она пыталась спорить, насмехаться, показывать, что и она может быть крутой. Итог? Или она оказывалась под ним, или он говорил «нет». Причем, говорил так, что она на самом деле понимала, что он не изменит решения, как его не соблазняй.
Поэтому, если она хотела получить оргазм именно с ним, ей приходилось подчиняться.
