Взрывное происшествие в теле Алины оставляет ее врасплох. Но сила внутреннего толчка превосходит даже самое жуткое физическое страдание. Это не просто болезнь — это знак, предвещающий страшную правду, которая угрожает раздавить Алину и все вокруг.
Ничего подобного вслух Алина не произнесла. Побоялась. Чего? Насмешки или холодного равнодушия?
- Сверху.
Герман ничего не сказал. Лишь закинул руки за голову, тем самым показывая, что его тело полностью в её власти.
Алина в нерешительности замерла перед кроватью. Нет, и он не сграбастает её? Не закинет на себя, распластав? Не схватит за попку, ощутимо сжав её полушария?
Видимо, нет.
Он дал ей карт-бланш.
Всё это было... неприятно. Словно они снова оказались в Пограничье, где секс - способ выживания, а не проявления симпатии друг к другу.
В горле образовался ком, в глазах предательски защипало. И чтобы не выказать внезапно нахлынувшей эмоциональной слабости, Алина приказала себе разозлиться. Что возомнил этот бугай? Что она лужицей растечется вкруг него? Что броситься к нему с жаркими объятиями? Да ни хрена!
Девушка вскарабкалась на кровать и сразу же оседлала мужчину, упираясь в его каменную грудь. Мужчина замер. Но взгляда не отвел. Смотрел в её пылающее лицо.
Алина чуть приподнялась. Скользнула по его члену вверх-вниз.
Она, словно испытывала мужчину на прочность.
Он оказался крепким орешком.
Ни одного лишнего движения. Даже бедра не подкинул кверху, чтобы скорее попасть в её лоно.
И Алина не выдержала. Со стыдом ощущая, какая она влажная, опустилась на мужчину....
Рук с головы он так и не убрал. Лишь негромко постанывал сквозь плотно сжатые губы.
Алина кончила первой, рухнув Стражу на грудь. Почти сразу же и он достиг оргазма, выпустив в неё упругую струю.
Некоторое время она лежали молча. Алина не спешила поднимать голову, наслаждаясь теплотой его тела. Как же ей нравилось вот так лежать на нем. И почему она раньше этого не замечала?
Как дальше будут развиваться события вечера, Алина не знала. Думать не хотелось. Но к чему она совершенно не была готова, так это к тому, что её аккуратно снимут с себя и переложат на мягкое покрывало.
- Как самочувствие?
Ей показалось или в его голосе, наконец-то, прорезались заботливые нотки?
Алина позволила себе робко улыбнуться.
- Уже хорошо. Ни тошноты, ни слабости.
- Отлично. Тогда увидимся в следующий раз снова через четыре дня. Четыре дня - оптимальный срок.
На Алину точно ушат холодной воды вылили. Она растерялась и не нашлась, что сказать. Молча, наблюдала, как Герман поднимается с кровати, как методично одевается и как пружинит от его движений матрас...
Нет! Неужели он вот так запросто уйдет?
Уйдет.
Алина это знала точно.
