Столько девушек и молодых женщин я никогда не видела в городе. Разрумяненные лица, белозубые улыбки – вьюжанки радовались погожему дню и предвкушали Перелом зимы – главный праздник Северных земель. Мои глаза разбегались, Фрост же смотрел куда-то не туда, что будило во мне глухую злость. Я, можно сказать, подвиг совершаю – ищу ему избранницу, чтобы он остался в живых, а он…
В толпе, пока она не поредела, мы пробродили до обеда. Кромешник о вылитом зелье не вспоминал, убивать никого не стремился – жизнь налаживалась! Еще бы времени ему судьба дала больше, и я бы чуть перевела дух.
У бесцельного хождения обнаружилась приятная особенность – невольно мы наслушались сплетен и свежих новостей. В град забрался волот-недоросток и украл у одной почтенной матроны праздничную скатерть, которая проветривалась во дворе. Спасенный старатель пришел в сознание на несколько минут, сообщил, что «Белая Пустошь ждет», и вновь отключился. Ночью кто-то ограбил цирюльника, вынес из салона все бритвы и ножницы – бедный брадобрей посчитал это происками конкурента и расквасил ему нос. У какого-то горожанина сдохла корова и, продавая ненужное сено, он наткнулся в сарае на гнездо прыгунов. Подоспевшая стража благополучно уничтожила нечисть, непонятно каким образом попавшую в город. Еще народ шумел и злословил, радуясь ночному пожару – Кастаноса никто не любил, даже те, кто ходил в его клуб. Сам владелец, по слухам, покинул Вьюгу, когда открыли ворота.
Деловитую суету ярмарки нарушили крики:
Фрост бежал настолько быстро, что Свин сжалился надо мной и, ткнув мордой в плечо, остановился, чтобы я смогла забраться на него. От столь щедрого предложения я не отказалась и впервые очутилась в седле без хозяина ньйора.
Волосатое существо с проплешинами на передних лапах, распугав покупателей, ловко уходило от «сонных дротиков» патруля. Грязноватая тряпка, стыдливо повязанная вокруг его чресел, провокационно развевалась при каждом прыжке.
Да это же Йохан! Почему он тут? Захотел к людям? Искал еду?
Что бы ни послужило причиной, сделал он это зря. Его атаковали стражи. К счастью, патрульные слышали о столкновении Йохана с несдержанной ведьмой, и боевые, серьезно поражающие заклинания не использовали. Только из разряда ловчих и временно парализующих.
Ловкий йети уходил с траектории атак и почти вырвался из окружения. А потом кто-то додумался применить «ловчую сеть». Оплетенный заклинанием, превращенный взвыл, не в силах разорвать магические путы.
– Прекратите! Это же Йохан!
На мой крик от жмущихся к прилавку с фруктами людей отделилась Марта, злая и решительная.
– Так это правда? Приезжая ведьма превратила его в йети?
Ответить я не успела – брюнетка бросилась стражам наперерез.