Да что хорошего в шоке?
Когда кромешник вновь попытался обнять, я не сопротивлялась. Силы закончились, как и удивление.
Его объятия дарили тепло и ощущение защищенности. Руки гладили по спине нежно, чувственно, прогоняя тревогу и будя неуместные желания. Если поцелует, я успокоюсь быстрее. Испугавшись своих странных устремлений, отстранилась и заглянула Фросту в глаза, сейчас напоминающие черные провалы. Зря я это сделала: омуты затягивали, подчиняли…
С трудом опустив голову, я сунула холодный кругляш в широкую ладонь.
Уставившись на украшение, обвившее пальцы стальной цепочкой, Фрост вздохнул с облегчением.
Тьма отступила, выпустив нас двоих из коварной западни.
– Мы спешим, как проклятые, а они тут прохлаждаются! – Раздраженный вопль будто ударил по спине. – Ночь была жаркой, раз полуголые бегаете?
К поляне подъехал наш спасательный отряд. Йохан конечно же впереди. И какое же злющее у него лицо – мне почему-то стало неловко и смешно одновременно.
Фрост выступил вперед, но прятаться за его спиной я не собиралась.
– Невероятно жаркой! – подтвердила с вызовом. – Особенно дал жару снежный волот.
– Какой к шмырям волот? – Йохан верещал, как обманутый жених, поймавший на сеновале невесту с другим.
Стражи спешились. Обеспокоенный Лонард вместе с целителем направился к нам. Бур же что-то рассматривал на снегу.
– Волот был! Я вижу отпечатки ног.
Понятно, что стражи бросились к нему.
– Ого, какая лапища!
– Это точно волот, а не медведь?
– Протри глаза, это след огромной ступни, а не звериной лапы!
Фрост коснулся моего плеча:
Я кивнула, соглашаясь. Тепловой кокон берег от переохлаждения, но заменить верхнюю одежду надолго не мог, да и стоило использовать резерв для создания щитов, а не обогрева.
В снежной пещере я быстро оделась и принялась собирать наши вещи.
Любопытство – второе имя мага. Я не удержалась и открыла флакон Фроста. Капельку на палец… Понюхав, а затем лизнув, я узнала характерный аромат и горечь полыни, бессмертника, мяты, волчьего листа. Странно, одни травы успокаивали, другие тонизировали. Неужели секрет невозмутимости Фроста крылся в этой крохотной бутылочке? А может, именно она виновата, что он не может найти свою избранницу? Когда эмоции нарочно подавляют, стремясь управлять ими, многие замечательные вещи в жизни проходят мимо.
Спрятав зелье в рюкзак, завершила сборы. Набросив на наше имущество «воздушную петлю», легко выдернула ее, когда выползла на поверхность.
Разговаривающий с коллегами Фрост мой маневр заметил и кивнул, благодаря. Сам он одеваться не спешил, молча изучал следы волота вместе с остальными. И что смешно, интерес стражей понятен – следы волота увидеть удается редко.