Я очень люблю Джареда, но тем не менее буду счастлив, когда он увезет свои вонючие сигары в Германию.
— Раз от тебя пахнет сигарой, ко мне не подходи, — сказала я. — Угри не выносят дыма.
— Можно ли винить их в этом! — Он снял сюртук и расстегнул рубашку. — А знаешь, у меня появилась идея, — признался он, косясь на дверь и стаскивая рубашку. — А на мысль натолкнули пчелы.
— Знаешь, как переносят ульи с пчелами? — спросил он, распахивая окно и вешая рубашку на крючок возле него. — Берешь трубку самого что ни на есть крепкого табака, втыкаешь ее в улей и вдуваешь туда дым. Пчелы так и валятся, одурманенные, и ты можешь переносить их куда угодно. Думаю, примерно то же делает со своими клиентами Джаред: одурманивает их дымом, и они не глядя подписывают заказы на втрое большие поставки вина, чем собирались прежде, не успев очухаться.
Я хихикнула, а он усмехнулся в ответ и приложил палец к губам — в коридоре послышались шаги Джареда, он шел к себе в спальню.
Когда опасность миновала, Джейми подошел и растянулся рядом со мной в одном килте и чулках.
— Не слишком воняет? — спросил он. — А то могу пойти спать в гардеробную. Или высунуть голову в окно, чтобы выветрился запах.
Я принюхалась — рыжеватые пряди слабо пахли табаком. Отблеск свечи придавал им золотистый оттенок, и я начала теребить его шевелюру пальцами, ощущая их нежность и шелковистость.
— Да нет, не так уж и страшно, не волнуйся. Тебя не тревожит, что Джаред скоро уедет?
Он поцеловал меня в лоб, уперся головой в валик под подушкой и улыбнулся:
— Нет. Я перезнакомился со всеми главными его клиентами и с капитанами, знаю всех складских рабочих и портовых чиновников. У меня есть перечень цен, а список инвентаря я затвердил назубок. Пора перейти к практике. Джареду уже нечему меня учить.
Он прикрыл глаза и тихонько хмыкнул.
— О да. Но тут следует скорее полагаться на милость Божью, а не на Джареда. Мне кажется, будет лучше, если Джаред уедет и не увидит, какие шаги мы предпринимаем.
— А какие шаги? — спросила я. — У тебя есть какая-нибудь идея, Джейми?
Я ощущала на лице его теплое дыхание, пахнущее бренди, и, приподняв голову, поцеловала его. Мягкие губы раскрылись под моими, и целую минуту, прежде чем ответить, он наслаждался этим поцелуем.
— О, есть, — со вздохом ответил он и откинул голову. — Не знаю, к чему они приведут, но идеи имеются.
Он устроился поудобнее, лег на спину и, обняв меня одной рукой, заставил положить голову ему на плечо.