При этом Кейт понимала, что Грегор, вероятно, действует вполсилы или даже в четверть – и эта мысль ее очень злила. Кейт ощущала себя назойливой мухой, от которой просто отмахиваются.
Она считала себя настоящим воином – до этого дня. Ведь увидеть человека, просто похожего на солдата, изнасиловавшего и убившего ее мать, оказалось достаточно, чтобы превратить ее конечности в лед.
– Еще раз, – сказал Грегор.
Кейт сердито пробормотала ругательство себе под нос. Он снова легко опрокинет ее на спину, которая уже ноет от синяков.
Очевидно, Грегор обладал не только сверхсилой, но и сверхслухом.
– Ты сдаешься, Кэти?
Кейт никогда раньше так негодовала, но все бывает в первый раз. Ее рот крепко сжался, и если бы она могла убить Грегора взглядом, то сделала бы это с удовольствием.
Эта самодовольная улыбка была хуже всего. Он отлично понимал, как она расстроена. Господи, Кейт согласилась бы на что угодно, лишь бы стереть ухмылку с его лица.
– Я никогда не сдаюсь.
Грегор фыркнул.
– Я так и думал. – Он покачал головой, его выражение вдруг стало задумчивым. – Ты кого-то напоминаешь мне, когда так делаешь, но я не могу вспомнить кого.
Кейт разинула рот от удивления, но спохватилась.
– Может, ревнивого мужа, который мечтает тебя кастрировать?
Он нарочито содрогнулся.
– Господи боже, Кейт. Не стоит использовать слово «кастрировать», когда поблизости есть кинжал.
– Это при условии, что мне удастся выбить его у тебя из рук.
– Необязательно говорить это так разочарованно.
Кейт опустила взгляд на обсуждаемую область. Кажется, Грегор только что выругался. Снова подняла взгляд на его лицо. Она улыбнулась.
– О, я бы не стала тебя кастрировать.
– Какое облегчение. – В его голосе по-прежнему чувствовались хриплые нотки.
Ее улыбка стала приторно сладкой.
– По крайней мере, без причины.
К ее удивлению, Грегор рассмеялся и отвел прядь волос с ее лба. Кейт решила, что он даже не понял, что сделал. Но она поняла. Неосознанный жест был одновременно нежным и интимным и стоил каждого мгновения, проведенного на земле.
– А ты свирепая малышка, не так ли?
– Спасибо, – произнесла Кейт чопорно. – Полагаю, это самый большой комплимент, который ты мне делал.
Грегор нахмурился, словно не мог понять, говорит ли она всерьез. Решив, что, должно быть, да, он покачал головой.
– Ты необычная женщина, Катрина Киркпатрик.
Ненавидя звучание фальшивого имени, Кейт захотела поправить Грегора. Но вместо этого улыбнулась.
– А это второй по величине. Может, нам следует возобновить тренировку, пока я не померла от такого количества лести?
Он игриво шлепнул Кейт по бедру.
– Дерзкая соплячка, встань туда. На этот раз постарайся не так сильно выдавать свои намерения. Смотри на мои руки, а не на лицо.
– Как будто это так просто!
Но он был прав.