Может, мне жаль, что подтолкнула тебя, когда дотронулась, – поэтому мне было стыдно перед Шинейд – но я не пыталась заставить тебя жениться, я хотела, чтобы ты перестал отрицать свои чувства ко мне. Я люблю тебя. Я бы никогда тебя не обманула и ничего не подстроила. Я надеялась, что ты это понимаешь и без моих слов. Я сожалею о разговоре с Шинейд. Это была глупость и ребячество, и мне не следовало говорить о тебе как о призе, который надо выиграть. Это недостойно меня и моей любви к тебе. Но я тебя не обманывала и ни к чему не принуждала.
Она стояла величественная, как королева, и ждала, пока Грегор что-нибудь ответит. Когда он ничего не сказал, она опустила взгляд, словно он ее разочаровал.
– Подумай об этом, Грегор. В глубине души ты знаешь, что это правда. Я не Изабел.
Нет, она не такая. Он смотрел, как она уходит, высоко подняв голову и расправив плечи, и хотел ей верить, несмотря на все услышанное. Кейт говорила так искренне, и все, что он знал о ней – или думал, что знает, – подсказывало, что она сказала правду. Она любила его, она понимала его, она не стала бы делать ничего такого, зная, как он презирает подобные махинации."
"Но любовь не исключает предательства. И любовь не будет иметь никакого чертова значения, если он узнает, что она ему врала.
Грегор подождал немного, чтобы остыть и позволить эмоциям немного угаснуть. Он поверит ей – пока.
Но слишком много в той ночи его беспокоит. И он не сможет забыть об этих вопросах, пока не получит ответ хотя бы на некоторые из них.
Грегор получил ответ на свои вопросы быстрее, чем ожидал. Первым, кого он встретил по возвращении в многолюдный зал, был его брат. Одним беспечным предложением Джон разрушил последние надежды на оправдание Кейт.
– Она послала за мной. – Не колеблясь, ответил Джон, когда Грегор спросил его, почему он появился в комнате Кейт тем утром. Джон наслаждался щедро лившимся на пиру элем и ухмылялся, не понимая, какие последствия могут иметь его слова. – Сказала, что что-то важное.
– И это не могло подождать до утра?
Джон пожал плечами.
– Я волновался. Мальчишка что-то говорил про кровь, поэтому я разбудил Этти и Лиззи. – Он нахмурился. – Интересно, чего она хотела? – Он криво улыбнулся. – Ну, я полагаю, все обошлось.
Еще как обошлось – именно так, как она рассчитывала. Горький привкус предательства наполнил рот Грегора… его легкие… его грудь. Он обжигал внутренности, как кислота. Чтобы его погасить, требовался виски. Но пламя только разгоралось сильнее.
До этого момента Грегор не понимал, насколько хочет ей верить. От того, что Джон подтвердил ее обман, ему стало только хуже. Грегор подозревал, что тем утром что-то шло не так. Теперь Кейт, должно быть, послала за его братом, когда надолго ушла из комнаты.