Автор
В уединенном уголке тайги, где волки глядят на звёзды и луна светит через кипарисы, Грегор Макгрегор – Стрела – под руководством Магнуса Маккей – Святого – собирает команду экстремалов. Лед – взрывотехник – готовит маневры, Йен Маклин – Гарпун – разработывает стратегии, а Юэн Ламонт – Охотник – устанавливает следопыты. Здесь каждый знает свою роль в хитрой игре любви и смерти....
Вы это понимаете?
Его голос звучал резко и властно, без всякой тени сострадания и убеждения. Ламонт и Маклин были воинами, они понимали приказы, а не воркование.
Несколько мгновений ни один из них не отвечал. Они переглянулись, затем Ламонт коротко кивнул, и его напарник через мгновение сделал то же самое.
– Хорошо, – сказал Маклауд. – Тогда давайте похороним людей как положено и вернемся к королю, чтобы сообщить, что мы обнаружили. Но не сомневайтесь, произошедшее здесь будет отомщено. – Он повернулся к Грегору.
Грегор кивнул и приступил к мрачной работе по сбору обгоревших останков.
Кто-нибудь придет за мной…
Кейт мечтала о рыцарях из рассказов трубадуров. О сильных прекрасных воинах на белых скакунах в сверкающих латах, ярких плащах, развевающихся на ветру знаменах, спешащих ей на помощь. О благородных рыцарях. Доблестных, отважных рыцарях.
– Мой отец величайший рыцарь во всем христианском мире! – хвастливо заявляла она детям, дразнившим ее незаконнорожденной.
– Ну и где сейчас величайший рыцарь во всем христианском мире, Кэти? – насмехались они.
Не здесь.
Кейт очнулась мгновенно. Бредившая от голода и жажды, едва способная распрямиться из скрюченного положения, в котором провела бог знает сколько времени, она сперва удивилась звукам голосов.
Но голоса становились все громче. Мужские голоса. Может, это снова английские солдаты? Они вернулись, чтобы мучить ее? Чтобы закончить то, что начали?"
"Кейт охватил панический страх, и сухие губы, уже раскрывшиеся, чтобы позвать на помощь, крепко сжались. Но потом она поняла, что должна попробовать. Если эти люди друзья, то это может быть ее единственным шансом на спасение.
Может быть, они избавят ее от страданий.
Кейт открыла рот, чтобы позвать на помощь, но по какой-то злой, извращенной иронии голос застрял у нее в горле. Из глаз покатились слезы страха и отчаяния. Она хотела, чтобы голос звучал изо всех оставшихся сил. Но их хватило только на слабый шепот:
– Помогите! Пожалуйста, помогите мне! – Она заплакала от тщетности своих попыток, слезы катились вниз по щекам. – Помогите мне.
