Король просит приехать и приложить все возможные усилия, дабы спасти наследника. Дорога за счет Франции, поскольку, если будет ваше согласие, сопровождать буду я на посольской карете, так получится быстрее ехать, если лечение будет успешным, король обещает сто ливров золотом. Если можно, ответ я хотел бы получить до вечера.
Я задумался. Предприятия мои работают и без меня, везде стоят крепкие управляющее, срочных дел нет. Поехать заманчиво, Францию поглядеть, увидеть короля, парнишку по мере возможности подлечить, да и деньги солидные.
После некоторого раздумья я согласился, выговорив, что возьму багаж и оружие, для которых посол должен выделить повозку. Возражений это не вызвало, посол обещал заехать за мной утром, с тем и отбыл, довольный, что переговоры прошли удачно.
Теперь мне следовало поговорить с Настенькой.
– Я должен по делам съездить во Францию, заболел единственный наследник французского короля, уезжаю утром, надо собираться.
Как все женщины, Настя всплеснула руками, заохала, пытаясь отговорить, но если решение уже принято, менять его не след.
Мы подобрали одежду в дорогу и парадную, для приема у короля. Я отобрал оружие, решил взять два нарезных пистолета и штуцер, а также гладкоствольный мушкет, взяв для него достаточно картечи. Сумку с инструментом, спиртом, перевязочными материалами. Вызвав Сидора, обстоятельно с ним поговорил, дав указания. Объехал с ним все мои производства. Все было в порядке. Наконец решил, какие деньги с собой брать, взял кошелек серебра и кошелек с золотыми талерами, я подумал, что золото, оно везде золото и, хоть у меня нет ливров или дублонов, всегда можно найти менялу. Ночь перед отъездом прошла бурно, Настенька, как никогда, была ласковой перед долгой разлукой – ведь я рассчитывал вернуться месяца через три. Почти невыспавшийся, с тяжелой головой, утром я быстро позавтракал, подхватив вещи, вышел к подъехавшей карете. Бодрый Филипп высунулся в окно кареты, весело поприветствовал меня.
Карета была большой, на рессорах. Сзади стояла повозка с вещами посла, куда и я погрузил свои вещи, оставив при себе сумку с медицинскими инструментами и заткнув за пояс оба пистолета. Такая предосторожность в дороге лишней не будет. Нас сопровождало четверо конных французов при оружии. Помахав рукой своим домочадцам, вышедшим меня проводить, мы тронулись в дальний путь. Улицы были по-утреннему полупустыми, и из Москвы мы выехали быстро. Филипп болтал без умолку, держа в руке бутылку французского вина и периодически из нее отхлебывая. Убаюканный покачиваниями кареты и бессонной ночью, я быстро уснул. Меня бесцеремонно растолкал Филипп.
– Просыпайся, Юрий, обед проспишь!
Мы стояли у придорожного трактира.