Ко мне подошел купец, пожал руку:
– От всего сердца спасибо, выручил, разбудил вовремя, иначе все бы уже в воде убитыми плавали, да стрелял ловко, двоих живота лишил! Выследили, видно, в Пскове, я ведь не первый раз товар вожу, приметили. Заказ уж больно выгодный попался, купец османский в Москве большую партию берет, гонял в Псков, докупить надо было. Бог помог, не иначе, тебя на судно вовремя послал.
Купец перекрестился. Мы привели судно в порядок, убитых матросов завернули в дерюгу и положили в трюм. Без аппетита поели сваренную кашу и продолжили путь. К вечеру пристали к деревянной пристани Великого Новгорода, с трудом найдя место для швартовки. Все переночевали на судне, в каюте было довольно прохладно, но уходить с ладьи на постоялый двор было рискованно, купец мог уйти спозаранку. Рано утром, когда еще толком не рассеялся туман, мы уже отплыли. Через Ильмень по Мсте добрались до Вышнего Волочка. Огромны и величавы все-таки русские озера – полноводны и глубоки, в непогоду волны не уступают морским. Горе кораблю, попавшему на озерах в шторм. Уж сколько жертв забрали Ладожское и Онежское озера, один только бог знает. Зато в спокойную погоду тихая гладь расстилается, сколько глазу видно. Через день миновали Торжок, затем Тверь. Долго петляли по малым рекам и озерам, пару раз ладью, даром что небольшая, перетаскивали волоком. Вот наконец и Москва, издали виднелись колокольни церквей, блестели под солнцем островерхие шатры храмов. Хоть я и не москвич, но в душе росло приятное чувство возвращения домой. Долгим оказался мой путь и временами очень опасным, одни испанские приключения чего стоили, я голодал и мерз во Франции, но добрался, чуть-чуть осталось. Купец тоже старался добраться до вечера, ветер дул слабый, и купец усадил команду на весла. Поскольку у нас один был ранен, двое было убито, оставались свободные весла, я сел грести, все быстрее дома буду, да и ожидание в безделье очень утомляет. Показались знакомые берега, стрелка Яузы и Москвы-реки.
– Хозяин, будь человеком, высади, мне до дома рукой подать! – не выдержал я.
Купец посмотрел внимательно:
– Ребята, суши весла, парус опустить!
Мы пристали к левому берегу, к деревянной набережной. Я стал рассчитываться с купцом по договору, но тот денег не взял:
– Спасибо, что с разбойниками помог, в пояс тебе мы все должны кланяться, а ты – деньги. Спасибо и здрав будь, барин, может, свидимся еще.
Я схватил свой небольшой багаж, сиганул через борт на берег. Ноги сами несли меня домой – Солянка, Большой Спасоглинский, Маросейка, а вот и мой Петроверигский переулок, узкий и кривой, но такой узнаваемый и дорогой сердцу. Последние метры я не выдержал и побежал. Редкие прохожие удивленно оборачивались. Знакомые ворота.