У О’Брайена чуть челюсть не отвалилась, когда он увидел меня с девицей.
– Сэр решил повеселиться?
– Да вот купил по случаю.
– Я не потерплю женщину на своем корабле, она принесет нам несчастье.
– О’Брайен, она моя служанка и будет там, где я!
Я достал из кошелька пять золотых монет и сунул в руки оторопевшему капитану. Тот посопел, но останавливать меня не стал. Так мы вдвоем и прошествовали в мою каюту.
Здесь возникла еще одна проблема – каюта маленькая и кровать одна, причем узкая. «Сиди здесь!» – я показал на кровать. Сам пошел к боцману.
– У вас же в каюте есть?
– У меня появился слуга. – Боцман удивился еще больше:
– А зачем он вам, сэр? Наш повар кормит, а что еще на корабле делать слуге?
– Ботинки чистить! – рявкнул я.
Боцман пожал плечами – у богатых свои причуды – и, бренча ключами, стал открывать небольшую дверцу на юте; вытащил оттуда матрас, набитый сухими водорослями. Я дал ему мелкую серебряную монету, и он донес его до моей каюты.
Войдя, я уселся, показал пальцем на себя:
– Юрий! – и ткнул пальцем в девушку.
– Норма, – ответила она.
Довольно интересное имя, по-моему, итальянское. Ни по-английски, ни по-итальянски она не понимала, по-русски я и не пробовал – откуда мулатке его знать? Что дальше с ней делать? Об этом, покупая ее у злобной испанки, я не думал.
Первый благородный порыв обернулся головной болью. Для начала осмотрю спину. Я жестом показал на платье. Девушка стащила его и улеглась на кровать, разведя ноги. Видимо, думала, что я купил ее для мужских утех. Я покачал головой, поднял с кровати и повернул к себе спиной. Вот подлюка испанка. Смуглая кожа была исполосована старыми и свежими рубцами. Девушку регулярно избивали плеткой.
Я указал на платье – одевайся, мол. Девица оказалась сообразительной – моментально оделась.
Время уже было вечернее, я указал на ее матрас на полу, девица послушно улеглась. Ну и слава богу, хоть как-то понимает меня.
Утром я позавтракал, сходил к коку и взял тарелку риса с мясом для служанки. Пока я брился и приводил себя в порядок, она поела. С корабля вышли вместе. Надо было идти к Мигелю, сегодня предстояла операция.
По пути мы зашли в пару лавчонок, и мне пришлось купить своей служанке несколько платьев, юбку, кофту и теплый плащ. Все покупки я связал узлом, вручил Норме и показал рукой – домой, на корабль. Она кивнула и направилась к порту.
Я шел к Мигелю и ругал себя – зачем мне служанка, дернуло меня купить себе проблему. Не денег жалко – куда ее девать и что она будет делать? А может, отправить ее на родину? Так где ее родина? Я даже объясниться с ней не могу, как с глухонемой, жестами.