Но увидеть желаемое сразу Бандера так и не смог, потому что Юрий, глянув на маляву, сунул её в карман и стал готовить себе еду. Выругавшись сквозь зубы, Бандера всё же устроился на шконке поудобнее, так чтобы не бросался в глаза его откровенный взгляд на Юрия, и принялся терпеливо ждать. Делая вид, что читает книгу, он смотрел мимо неё, как долго и аппетитно поглощает пищу этот человек. Ему уже начинало казаться, что тот специально растягивает себе это удовольствие и уже начал жалеть, что передал ему продуктов. Более получаса Юрий хрустел кусочками луковицы с салом и ел эту китайскую лапшу. А когда он, наконец, встал и поставил себе ещё и чай, Бандера со злостью захлопнул книгу. Но тут же открыл её заново, увидев, как в ожидании кипятка Юрий сунул руку в карман и вскрыл малёк.
Хоть и равнодушно, но всё же с некоторым удовольствием Бандера смотрел, как у него на глаза навернулись слёзы и он стал кусать собственный кулак. Как его кружка, уже закипевшая, стала выплёскивать кипяток на стол и как струйка, текущая по столу, чуть не попала за шиворот сидящему возле стола на корточках Юрию. Бандера даже разозлился на мужика, который заметил это и кинул на стол тряпку, преградив путь этой струйке.
— Ты чай-то заваривать будешь или чё? — спросили его мужики у стола, выключая его кипятильник. — За кружкой-то смотреть надо.
На утешение Бандеры недавние бомжи хоть и остановили ползущую к шее Юрия струйку кипятка, но разговаривали они с ним как со своим, и даже более властным тоном. Плохо было только то, что удручённый неприятной новостью Юрий этого не заметил. Он продолжал кусать свой кулак, иногда поднимая его, чтобы вытереть выступившие слёзы, и держал перед глазами малявку.
Перечитывал ли он её раз за разом или просто смотрел в неё невидящим взглядом, Бандера не знал. Но когда Юрий поднялся и, подойдя к двери, постучал в кормушку, сразу крикнул ему:
— В санчасть мне надо, — ответил Юрий, скомкав малявку и зажав в руке.
— Так она сейчас будет, — повертел Бандера пальцем у виска. — Не слышишь, что ли?
С продола действительно раздавался звон открываемых кормушек, так как в это время ходила со своими лекарствами медичка. Юрий остался стоять у двери и, как только кормушка открылась, сразу высунул в неё голову. Испугавшись, что он там может наговорить чего-нибудь, Бандера резко поднялся и пошёл к кормушке, будто бы тоже за таблеткой. Но как только он подошёл, пытаясь прислушаться к словам Юрия, тот высунул голову и, взяв со стола свою ложку, высунул в кормушку.
