Жанр
В череде сладких мучительств и бесконечных объятий две души сплелись в единое целое, окутанные ритмом сексуальных бурь. Учтемся между собой подобно двум взбесившимся струнам на гитаре, их оргазмы — последней каплей океана эмоций, готовой залил им мир.
— О, я постараюсь, — предвкушающе улыбнулся второй, смазливый полный блондин с зелеными глазами. — Есть у меня одна на примете. Он точно придет в восторг.
— Судя по твоему тону, его пора жалеть, — насмешливо заметил шатен.
— Пока нет, брат, но скоро. Совсем скоро…
— Мир хоть останется прежним?
— Надеюсь…
Нина Викторовна Орская, бухгалтер тридцати семи лет, «булочка в теле», как она любила с сарказмом отзываться о самой себе, торопливо шла по темной улице домой. Девятый час. Уже давно должны были гореть фонари.
За свою забывчивость она расплачивалась страхом свернуть себе шею на тротуарах спального квартала. Мало ли, что окажется под ногами: пластиковая бутылка, не донесенная до мусорки, или наглый кот, перебегающий дорогу.
«Чтоб им всем так в темноте жилось», — ворчала про себя Нина, поминая добрым ласковым словом власти города, старательно забывавшие о некоторых не особо богатых жителях.
Нина считала себя невезучей: нет ни красоты, ни напористого характера, ни наглости. Ничего нет. Поэтому и трудилась Нина пять дней в неделю «на дядю», получала копейки и старательно экономила на всем, что только можно. В том числе и на здоровье.
На улице уже было прохладно, поднимался ветер, температура грозила упасть ниже обычной. А Нина шла по тротуару в широком балахонистом платье и босоножках.
Чихнув, Нина сделала еще один шаг. Нога внезапно нащупала пустоту. «Неужели канализационный люк?», — испугалась Нина и, не успев вспомнить, что на тротуарах люков не бывает, полетела куда-то, все в той же темноте.
Кричать поему-то не получалось, звать на помощь — тоже. Рот словно пластырем заклеили.
— Она приходит в себя, — раздался внезапно над головой незнакомый взволнованный голос.
«Милой» Нину не называли очень давно. Отец с матерью развелись лет десять назад, у каждого была своя, новая семья, дочери перепадали сухие поздравления два-три раза в год. А потому Нина действительно открыла глаза, но больше от неожиданности, чем по чьей-то просьбе.
Перед собой она увидела круглое, как блин, лицо со вздернутым носом, пухлыми губами и смотревшими взволнованно синими глазами.
