В череде ожесточенной борьбы и страстных ласк раскрывается история Строптивого Счастья дракона, где мужская жестокость переходит в эмоциональное объятие. Атмосфера этого романа — это полыхающий кураж и нежность одновременно, когда физическая власть переплетается с чувственностью драконьей души....
Но, влюбленная парочка сначала скрылась в неизвестном направлении, а вскоре Флавия уже была беременна от своего возлюбленного. И королю Эргениану не оставалось ничего, кроме как, отказать своему венценосному соседу в возвращении принцессы.
И хотя Бенедикт и Флавия уже много лет жили в полной гармонии, и народили двух дочерей, король островов так и не смог смириться с оскорблением и делал все от него зависящее, чтобы навредить стране, укравшей его сестру.
Поэтому, например, пошлины для торговых кораблей Иверии на проход в водах островного королевства были в полтора раза выше, чем для всех остальных.
Однако время лечит все, и даже злопамятный характер короля Гердина поддался его целебному воздействию.
И когда его единственный сын и наследник заговорил о своем желании наладить дружеские отношения с новой родиной его тетушки, Гердин только грозно пошевелил мохнатыми бровями, поцокал языком и дал согласие, в душе радуясь такому исходу дела.
Уполномочив принца решать все финансовые вопросы с королем Иверии, довольный Гердин удалился в гарем к своей прекрасной Дильфари хвастаться, как ловко он провернул это многотрудное дело.
Приближаясь к Иверии, Салех честно пытался думать о том, какую компенсацию требовать от короля Эргениана за похищение их принцессы. Думать о таких вещах получалось плохо. – Салеху никогда не нравилось решать серьезные вопросы, находясь в небе.
Да и разговор с матушкой перед отлетом оставил какой-то щемящий след в душе.
– Салех, сынок, сегодня я видела сон. – медленно, будто с усилием произнесла Дильфари, когда сын зашел к ней попрощаться. Они сидели на широких диванах с чашками ароматного кофе в руках.
Королева, не спеша, глотнула горькую жидкость и заела крошечным кусочком медовой халвы. Ее взгляд рассеянно скользил по сторонам, а лицо было сосредоточено, как будто она пыталась принять какое-то решение и никак не могла.
Дильфари иногда видела такие особенные сны, которые считала пророческими и относилась к ним чрезвычайно серьезно. Надо отдать ей должное, практически всегда эти сны сбывались или давали руководство к действию, если нужно было решить сложный вопрос или проблему.
– И что ты видела, мама? – наедине Салех всегда обращался к ней на ты и без официоза.
– В моем сне был ты и красивая белоснежная драконица. Я никогда не видела таких ослепительно белых драконов.
