Маргарита оказалась втянутой в историю, где ей предстоит отбывать наказание за убийство мужа. При этом её ждет неожиданное наследство от Испанской тети Изабелл. Частный детектив Сергей Кольцов вмешивается в запутанные события, пытаясь раскрыть тайны и найти ответы среди совпадений.
На Chitat.online эта карточка оформлена как отдельная страница чтения: здесь можно открыть «Струны черной души» онлайн полностью, сверить автора, жанры и перейти к тексту без скачивания.
Маргарита оказалась втянутой в историю, где ей предстоит отбывать наказание за убийство мужа. При этом её ждет неожиданное наследство от Испанской тети Изабелл. Частный детектив Сергей Кольцов вмешивается в запутанные события, пытаясь раскрыть тайны и найти ответы среди совпадений.
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
читать текст Евгения Михайлова Легкое чтение Детективы подборки серии
Маргарита оказалась втянутой в историю, где ей предстоит отбывать наказание за убийство мужа. При этом её ждет неожиданное наследство от Испанской тети Изабелл. Частный детектив Сергей Кольцов вмешивается в запутанные события, пытаясь раскрыть тайны и найти ответы среди совпадений.
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
Любое неловкое прикосновение доставляло ей дискомфорт, даже страдание.
Я подумала о враче, когда она уже была в младших классах. И какой-то маленький придурок на потеху другим ребятам задрал ей во дворе школы юбку. Никто особенно не обратил внимания, а Таня заболела.
У нее были все признаки депрессии, она смотрела затравленно, вопросительно и испуганно.
Я выводила ее из этого состояния терпеливо, не торопясь, пытаясь понять, в чем дело. Кажется, я поняла. Это было гипертрофированное осознание своего пола.
Девочка воспринимала его как постыдную тайну, с которой все пытаются сорвать покровы. Возможно, я пропустила какой-то эпизод ее раннего детства, сместивший представления и даже повредивший детской психике. Вспомнить это она уже не могла. Но и к врачу она бы не пошла. Это исключено: включать в такую тайну чужого человека.
Я делала все, что могла. Не очень много. Книги, картины, фильмы, музеи. Красота человеческого тела, естественность всех человеческих проявлений.
Да, она все понимала, со всем соглашалась, когда мы были одни. Она была моя ласковая, доверчивая девочка. Но с другими людьми все оставалось по-прежнему. Как было с Анатолием, я уже говорила. Он был Толя, а не отец, этим все сказано.
Я миллионы раз все анализировала, перетирала все воспоминания. Внешне все было прекрасно. Таня любила его, меньше, конечно, чем меня, но больше остальных людей.
Но события рокового вечера все сместили в ее голове.
Разумеется, в интересах ее здоровья Таню нельзя было допрашивать. Но у них не было цели — беречь ее здоровье. Они искали убийцу. Допросы, пусть и в присутствии врача и педагога, были чудовищными. В нашем конкретном случае.
Я даже не знаю другую девочку-подростка, которая бы так панически реагировала на подобные вопросы. Ее спрашивали, как трогал ее отец, заставляли в разном порядке описывать те часы, когда они оставались вдвоем. Прерывали неожиданными, коварными, по-взрослому откровенными и бесстыдными вопросами.
Моя версия, заученная Таней, о том, что она пришла с улицы, значительно смягчала эти допросы. Но как она могла изменить жестокую, неотвратимую суть. После осмотра гинеколога Таня слегла. Безучастная, слабеющая, почти угасающая. Перестала есть и спать. Она оказалась девственницей, что не снимало подозрений.
Я с самого начала отказалась от идеи нанимать нам адвоката. Это была демонстрация прозрачности нашей позиции, во-первых. И моя единственная возможность скрыть от следствия спрятанные деньги. Не на что адвоката.
Я допускала, что за мной следят.
Состояние моего жалкого счета им известно, как и сколько осталось на моих картах и наличными в ящиках наших с Анатолием столов. Больше я не могу тратить, пока не найду работу. А дело все двигалось к обвинительному заключению.
