Автор
Мгла накрапывает из-за сквозняка в окне, а в голове — постоянный зевота. Вот уже час пятеро вечера, и все как обычно: на одной тропинке — оладья по готовится, с другой — музыку барабанит. Кто сейчас встречается на светской вечеринке? А может быть, в ночных клубах или барах? Виртуальное знакомство тоже не вызывает ни малейшего интереса. Как же я хочу вернуть прежнюю жизнь и красоту вечного улыбки, которой я одеваюсь уже сколько помню......
Сейчас я вообще не понимаю, как я так долго выдерживал и зачем?
— А если я забеременею, — слежу за его реакцией, он вопросительно приподнимает брови, — или же по медпоказаниям нельзя будет заниматься любовью, для тебя это будет проблемой?
— Причем тут это? — сухо. — Она не была беременной или больной. Терпеть можно сколько угодно, когда видишь цель. Тут не было цели. Я считаю себя крайне спокойным человеком, иногда с такими тварями дело имеешь, велик соблазн в процессе задержания перестараться, но без отмашки сверху я ни разу такого себе не позволил.
Тем не менее, пределы есть у всех. Некоторое время я чисто от скуки переписывался с девушкой из моего универа, учились вместе давно еще, позвонил ей и уехал тратить командировочные. Потом раскаялся. Где-то через сутки, когда эмоции отпустили. Не горжусь, Янка. Так не делается. Надо было сначала точку поставить. Поехал за Машкой к ее родителям, все ей честно рассказал. Она, конечно, в слезы. Подали документы вместе, развелись.
— Это было два года назад?
— Да, как раз весной, но точной даты не помню. Потом она вроде бы успокоилась, через несколько месяцев внезапно встретились в одной компании. Ага, якобы случайно, она сдружилась с женой моего сослуживца Сереги. Ну и так получилось, я выпил, воспоминания накатили, сам не понял, как переспали.
Она призналась, что любит и все это время любила. Слишком сильно за меня переживает, не может справиться с собой. Но без меня — вообще смерть. И она готова на все, пообещала, что я никогда не увижу эти зареванные поросячьи глазки со вселенской тоской и отчаянием.
Она прилетела в больницу, и я понял, что все, пздц. Я больше не могу ее видеть. Физически. Мне надо было скорее восстанавливаться, чтобы вернуться к своему делу, мы терли с хирургом, какие у меня шансы оправиться на сто процентов, прогноз был воодушевляющим. И тут мой взгляд упал на нее и до меня дошло, что она прямо сейчас молится о том, чтобы я остался инвалидом.
А, вспомнил.
