Рыжее недоразумение, ты где?!
В итоге в понедельник он едва дождался десяти утра и позвонил Надин. В конце концов, начальник должен знать, где находится его подчиненный. Ариадна, конечно, не совсем подчиненная, но мастер-классы в «Жирафе» проводит и заказы для хозяйки со всякими скатертями и занавесками выполняет.
– Я тебя слушаю, – раздался в трубке бодрый голос Надин.
Марк ехал на встречу – показывать очередное помещение очередному заказчику. В офисе разговаривать на личные темы неудобно – слишком много ушей, а в салоне автомобиля – самое оно.
– Я никак не могу дозвониться до Ариадны. Она номер, случаем, не сменила?
– Странно. А когда у нее мастер-класс в «Жирафе»?
– Честно говоря, пока не знаю. Ариадна уехала.
– Кажется, в Рязань, но точно не помню. И когда вернется, сказать не могу. А что ты хотел?
– Хотел пирожки заказать, она пару раз пекла для офисных мероприятий. Но раз уехала… Ладно, поищу другие варианты. Спасибо.
Значит, Ариадна уехала. Жива-здорова, просто уехала.
Но почему телефон не отвечает? Почему сообщения остаются без ответа?
Что-то во всем этом было не так.
Он припарковался перед офисным зданием, в котором стояли свободными два помещения. Предстояло показать их заказчикам.
Про ситуацию с Ариадной Марк подумает вечером.
Главное, у нее все в порядке.
Зачем, кстати, она поехала в Рязань?
Позвонила мама и перешла к главному без предисловий:
– Я купила платье, но оно слишком длинное, нужно подшить рукава и подол. Жду тебя вечером.
– Я не смогу, – ответила Ариадна. – Я не в Москве.
Мама никогда не удовлетворялась общим ответом.
– В Рязань, – вздохнув, призналась Ариадна.
Врать она катастрофически не умела. Ну что стоило ответить: «В Тверь». Ведь ярмарка вполне могла быть и в Твери. Только ведь маме врать нехорошо, правда?
– В Рязань?! Ты у отца?
И началось… Все это было ожидаемо и уже не раз выслушано. О том, что отец их бросил, что она столько лет одна не ела – не спала, поднимала дочь на ноги, что это настоящее предательство, неуважение к матери, черная неблагодарность.
– Мне совершенно не нравится жизнь, которую ты ведешь. Я очень сильно разочарована, Ариадна, – было сказано в конце тоном учительницы.
После этого мама отключилась.
В общем-то, все как всегда и ничего нового. Даже почти не больно. Но только почти.
Ариадна посмотрела на стопку готовых скатертей, на швейную машинку, на лоскуты с пробными вензелями и поняла, что продолжать работу не может. Руки трясутся.
Почему, ну почему ей нигде нет покоя? Кажется, нашла тихий уголок, в котором можно пожить спокойно. Нет. Мама позвонила и все испортила.
Вот что такого совершила Ариадна, чтобы ее жизнь назвали неправильной?
Она вышла из своей комнаты и направилась в коридор. Надела ботинки, куртку, шапку.