Он припарковал свой «БМВ» у серого пятиэтажного здания, затем шагнул внутрь. Двери бесшумно разъехались перед ним, словно приветствуя его наедине с тайной, что скрывается за стеклом и металлом. Ключ уже в рукаве — код был всегда известен, но сегодня он ощущался особенно ярко, будто надвигалась угроза, требующая немедленного действия....
– Тогда предатель – кто-то из членов Совета, – мрачно произнес Лоусон, – а тебя не подпустят к ним даже на пушечный выстрел. Два легендарных американских политика, престарелых настолько, что напоминают живых Мафусаилов, ее королевское величество и его высокопревосходительство, бывший премьер-министр европейской страны. Тебе не разрешат даже разговаривать в их присуствии, а тем более обвинить кого-то из них.
– И еще Джордж, который непосредственно руководил нашим расследованием, – напомнил Дронго.
– Этот пытается сохранить влияние клуба изо всех сил, можно скорее подозревать кого-то из нас, чем его, – заметил Лоусон.
– Ты делаешь мою задачу просто невыполнимой, – улыбнулся Дронго, – но мне все равно необходимо найти этого человека.
– А семерка, которую ты проверял?
– Они все так или иначе связаны с масонскими ложами, – пояснил Дронго. – Поэтому и убрали двух банкиров, которых я предложил проверить. Кто-то посчитал, что это самое слабое звено среди остальных. В общем, посчитал правильно, как я и предполагал.
– Значит, тебе нарочно дали этот список?
– Они знали заранее, что все указанные там лица не только сотрудничают с Бильдербергским клубом, но и являются членами масонской ложи. Рано или поздно эти две тайные организации должны были вступить в схватку за свое истинное влияние. В клубе оказалось слишком много стариков, и тогда ложа решила нанести удар, начав собственную финансовую игру. Все началось еще два года назад, когда руководитель МВФ и сын известного масона из ложи «Великий Восток Франции» Доменик Стросс-Кан выступил со своей концептуальной речью о вреде всеобщей глобализации и решения проблем вашингтонским пулом.
