Он припарковал свой «БМВ» у серого пятиэтажного здания, затем шагнул внутрь. Двери бесшумно разъехались перед ним, словно приветствуя его наедине с тайной, что скрывается за стеклом и металлом. Ключ уже в рукаве — код был всегда известен, но сегодня он ощущался особенно ярко, будто надвигалась угроза, требующая немедленного действия....
Кажется, вас называют синьором Дронго? Очень интересная кличка, я специально смотрел в энциклопедии. Но это не так важно. Дело в том, что у синьора Локателли есть определенные проблемы семейного плана, которые он сейчас решает. И поэтому сегодня он никак не сможет вас принять.
– Какие проблемы? – поинтересовался Дронго.
– Это не имеет отношения к нашему банку, – доверительно произнес Кармесси. – Две его дочери учатся в Швейцарии и иногда требуют к себе несколько большего внимания своего отца.
– Когда он будет на месте?
– Завтра, – пообещал Кармесси, – завтра он обязательно вас примет.
– Я не могу ждать, – возразил Дронго, – у меня дело, не терпящее отлагательств. Передайте ему, что я приехал по поручению Бильдербергского клуба.
– Это нам хорошо известно, – улыбнулся Кармесси, – и мы очень уважаем ваш клуб и его членов.
Он не договорил. В коридоре раздался какой-то крик. Потом еще один.
– Извините, – поднялся Кармесси и выбежал из кабинета.
Оба напарника тоже вышли. В просторной приемной плакали две женщины. Постепенно в коридоре стали появляться другие сотрудники банка. Дронго растолкал людей и, пройдя через приемную, вошел в роскошно обставленный кабинет руководителя национального банка. Это был скорее небольшой зал, чем кабинет.
Интерлюдия
Он никогда не позволял себе приходить на встречу, назначенную ему другой стороной.
Нельсон сидел в машине, ожидая, когда появится Думенек.
