Ливи покачал головой. Жаль, что он не выбрал число один - ему бы больше подошло. Затем он вздохнул, когда обнаружил номер два: ноги были короче, а юбка — длиннее, и бюст был даже немного меньше идеального размера, хотя лицо было привлекательным. Но вот номер три! Как жаль, что это богиня всего лишь третьего уровня, не столь высоко как пять. Никаких вызывающе коротких юбочек и призывно-блестящих вырезов — вместо этого великолепный силуэт и идеальный держание....
Мышцы живота свело судорогой: какой-то подонок переусердствовал, и Алиса теперь не приходит в себя! А Зинон говорила, что ей очень плохо, и времени остается совсем мало.
– Кто такой Ольгерд?
– Мой сообщник… или любовник – не важно. – Мелиса нетерпеливо махнула рукой, сказала: – А ты интересный мужик! При других обстоятельствах я, пожалуй, попробовала бы тебя охмурить. Ты бы удивился тому, как разительно изменилась в постели твоя старая знакомая. – Она мечтательно улыбнулась. – Впрочем, теперь это уже не имеет значения.
– Подожди! Последний вопрос.
Мелиса немного подумала, потом кивнула:
– Нравишься ты мне, Панкратов. Ну, давай свой последний вопрос.
– Зачем весь этот маскарад? Не проще ли просто устранить Алису? Ты же единственная наследница. Зачем такие сложные ходы?
Мелиса укоризненно покачала головой, сказала:
– Проще-то оно, может быть, и проще, но с финансовой точки зрения невыгодно.
– Где она? – снова спросил Клим.
– Надоел ты мне, Панкратов. – Женщина недовольно поморщилась. – Нет у меня больше времени, мне еще нужно сестричку на тот свет спровадить и кровь отмы… – Она не договорила, захлебнулась последним словом, рухнула на бетонный пол, рядом упал пистолет.
– …Вот у тебя, оказывается, какие переговоры, – с обидой сказал Виталик, отбрасывая в сторону кусок арматуры. – Хорошо, что я такой недоверчивый.
Возвращаться к жизни было тяжело, особенно когда ты с ней уже попрощался, сказал последнее «прости» и заглянул в черный зрачок пистолета.
– Хоть спасибо скажи, – проворчал тот.
Он сказал «спасибо» и для пущей убедительности сгреб мальчишку в объятья.
– Пусти, медведь! – простонал тот, задыхаясь. – Лучше ствол подними.
Клим подобрал пистолет, сунул за ремень брюк, потом присел над Мелисой, нащупал на тонкой шее пульс – жива.
