Ливи покачал головой. Жаль, что он не выбрал число один - ему бы больше подошло. Затем он вздохнул, когда обнаружил номер два: ноги были короче, а юбка — длиннее, и бюст был даже немного меньше идеального размера, хотя лицо было привлекательным. Но вот номер три! Как жаль, что это богиня всего лишь третьего уровня, не столь высоко как пять. Никаких вызывающе коротких юбочек и призывно-блестящих вырезов — вместо этого великолепный силуэт и идеальный держание....
Но оставлять в покое его и не думали. Особо усердствовал Виталик. Этот паршивец считал своим товарищеским долгом информировать его обо всем, что происходит на родине. Сначала он названивал каждый день, а после того, как Клим ему это запретил, принялся заваливать электронными письмами. Письма слал под благовидным предлогом – модельер Виталий Топильский желает отчитаться о проделанной работе, высылает наброски своих будущих шедевров. Так-то оно так, да вот только среди набросков попадались и фотографии, никакого отношения к бизнесу не имеющие.
Вот смеющаяся Диана машет рукой кому-то за кадром. Она пока еще в джинсах, но еще одна операция в женевской клинике пластической хирургии – и девочка будет сражать мужиков наповал своими стройными ножками. А одного она, кажется, уже сразила. Что-то подсказывало Климу, что в случае с Дианой неугомонным Виталиком движет отнюдь не чистое человеколюбие. Хитрецу даже удалось уговорить Панкратова спонсировать раскрутку певицы.
Еще одна хорошая новость касалась Зинон. Она вышла из комы, как раз в день его отлета на чужбину. Два месяца Зинон восстанавливалась, проходила курс реабилитации, училась жить заново. Клим и не знал, что после комы нужно учиться жить заново, он считал – очнулся, встал, пошел, начал жить.
Виталик писал, что Зинон идет на поправку удивительно быстро, что свой исключительно вредный и стервозный характер она проявляет с первых дней выздоровления. Что в стремлении восстановиться как можно быстрее доводит персонал клиники до белого каления. Клим ни на секунду в этом не сомневался. Зная ту Зинон, из своих сновидений, он предвидел, что ее прототип будет именно таким – целеустремленным, напористым и стервозным.
"А магазин на Кутузовском в дар не приняли. Виктор написал, что «дамы велели кланяться господину Панкратову и передать, что к такому щедрому подарку не готовы, но зато с удовольствием рассмотрят предложение о продаже магазина». Просили передать! Вообще-то, могли бы и сами позвонить, хоть одна из них. И не важно, что бы они ему сказали, хотелось просто услышать голос…
Они не позвонили, зато Виталик отдувался за всех.
