Ливи покачал головой. Жаль, что он не выбрал число один - ему бы больше подошло. Затем он вздохнул, когда обнаружил номер два: ноги были короче, а юбка — длиннее, и бюст был даже немного меньше идеального размера, хотя лицо было привлекательным. Но вот номер три! Как жаль, что это богиня всего лишь третьего уровня, не столь высоко как пять. Никаких вызывающе коротких юбочек и призывно-блестящих вырезов — вместо этого великолепный силуэт и идеальный держание....
И тогда уже – все, тогда она не сможет сказать ни слова из того, что собиралась.
Она оказалась права: Климу Панкратову без надобности ее благодарность. Он даже спасибо ей сказать не позволил, он просто взял и ушел…
На улице было хорошо – прохладно и чуть ветрено. Самая подходящая погода для глухой тоски. Захотелось курить, прямо здесь, на крыльце железобетонного монстра. А ведь он бросил, уже два месяца как.
– Хочешь курить? – послышался смутно знакомый хрипловатый голос.
– Хочу. – Он обернулся, встретился взглядом с прищуренными угольно-черными глазами.
– Наяву?! – Зинон удивленно выгнула бровь, но по глазам было видно – она знает, о чем он.
– Ты изменилась. – Клим с легкостью принял правила игры.
Она действительно изменилась, стала женственнее, что ли. И белоснежное норковое манто чудесно гармонировало со смуглой кожей, и рубиново-красные волосы не вступали в диссонанс с этой гармонией. Красивая женщина! Странная, дикая, неприрученная… как Алиса.
О чем это он? Алиса уже прирученная.
– Уже уходишь? – Зинон взмахнула мундштуком с тонкой сигаретой.
– Дела. – Клим пожал плечами, с вожделением посмотрел на сигарету. – Дашь?
– Она дамская.
– Ерунда.
– И с ментолом.
– Тоже ерунда.
– Бери. – Зинон протянула ему начатую пачку и зажигалку.
Ветер… из-за него пришлось повозиться, но Клим справился, жадно затянулся. Ментоловый дым непривычно холодил нёбо. Никотина в сигарете было чуть-чуть, но Панкратову полегчало.
– Спасибо, – вдруг сказала Зинон.
– За что?
Она пожала плечами, по белоснежному меху пробежала искрящаяся волна.
– За все, за магазин…
– А ты мне снилась. – Все-таки он не удержался.
– Да?
– Помнишь?
– Я должна помнить твои сны?
– Ты была сначала летучей мышью. – Зинон скептически фыркнула. – А потом черной пантерой.
– Пантера мне нравится больше.
– Мне тоже.
Странный у них получался разговор…
– И ты подсказала мне, где искать Алису.
Зинон улыбнулась:
– Тебе повезло, Панкратов, у тебя вещие сны. И Алисе повезло, – добавила она после недолгой паузы.
– Так ты ничего не помнишь?
Зинон покачала головой.
– Когда ты была летучей мышью, я угощал тебя сигаретой.
– Я тоже угостила тебя сигаретой.
– Утром сигареты исчезли с прикроватной тумбочки.
– Думаешь, это я? – Женщина звонко рассмеялась.
– А на шторах остались следы от когтей.
Зинон посмотрела на свои покрытые серебристым лаком ногти, сказала:
– Панкратов, я была в коме.
– Ты мне снилась.
– Я ничего не помню.
