Автор
Весна 1430 в Шотландии, и юный Эрик пропал. Лэрд Донкойла Балфур Мюррей, обычно полный энергии военачальник, бросает взгляд на измученного Джеймса, его подчиненного, выглядающего так, словно провел все время в неистовом бегстве. Сердце Балфура сжимается от беспокойства и предчувствия, что опасность еще кипит где-то рядом....
– Я никогда не считал, что следует судить о чести и невинности женщины только по наличию или отсутствию у нее девственности.
От удивления она широко раскрыла глаза: не столько потому, что Балфур думал иначе, чем большинство мужчин, сколько из-за резких ноток, едва заметно проскользнувших в его голосе. Мэлди не знала, какие именно из произнесенных ею слов разозлили Мюррея.
- У тебя великодушное сердце, сэр Балфур. Я не имела в виду, что собираюсь пойти по стопам моей несчастной матери. Но теперь я стала твоей любовницей, и пути назад уже нет.
Про себя Балфур подумал, что все еще можно поправить, но решил придержать язык. Он знал, что любыми средствами постарается удержать ее при себе, и, хотя чувствовал себя виноватым, не стал ее разубеждать. Мэлди не дурочка и вскоре поймет ошибочность своих рассуждений. Но он воспользуется ее временным замешательством, чтобы утвердить свою власть над ней.
- А сейчас ты сожалеешь о чем-нибудь? – спросил он, целуя ее в плечо и проводя руками по изящной спине.
- Нет, хотя следовало бы.
Она легко пробежалась пальцами по его твердому животу, наслаждаясь тем, как от ее прикосновения по его телу прошла мелкая дрожь.
– Я клялась, что никогда не повторю ошибок матери, и вот теперь, когда я стараюсь обвинить себя в ее грехе, никак не могу поверить, что это одно и то же. Может быть, я просто пытаюсь закрыть глаза на собственные слабости. Проще думать, что у меня их нет.
- Ты права, и у меня есть точно такой же недостаток..
Мэлди тихо рассмеялась:
- И это должно меня успокоить?
Улыбнувшись в ответ, Балфур пожал плечами.
- Я не смог придумать ничего другого, чтобы унять твою тревогу. Я уже говорил, что боялся повторить ошибки отца. И теперь тоже чувствую, что это не одно и то же. Мы оба пытались бороться с взаимным влечением. Мой отец, желая женщину, никогда не медлил.
Она вздохнула и сочувствующе кивнула.
- Моя мать тоже никогда не колебалась, утоляя свои желания, независимо от того, была ли в этом замешана страсть или звонкая монета.
- Очень долгое. Боже милостивый, мне казалось, прошло несколько месяцев.
- Прошло всего-то немногим более двух недель. Мы сдерживались не слишком долго. По-моему, уже можно унять наши страхи и сомнения - родители, чью судьбу мы боимся повторить, не стали бы так медлить. Знаешь, что самое печальное: мы ясно видим недостатки тех людей, которых нам полагается уважать и почитать.
