Взрославая женщина Елена Валентиновна припарковала машину у старого дома. Хотя он выглядел постаревшим среди других зданий, внутри находился мир: резные ставни, красный петушок на крыше и ярко-зелёная гирлянда спускались по карнизу. Елена Валентиновна перевела взгляд на визитку, наконец найденную в сумке, и увидела знакомую фамилию: попаданка Сотникова....
— Некромант постучал длинными пальцами по лакированной столешнице своего рабочего стола и произнёс. — А невеста… Будет лучше для всех, если мы встретимся только один раз для продолжения рода. Гарольд, я выдал тебе распоряжение с личной подписью и печатью, что ты являешься представителем жениха и вправе за меня заключить брачный союз. Я уверен, невеста будет счастлива моему отсутствию.
— Простите мне мою дерзость, господин. Всё сделаю, как вы приказали.
Алишер кивнул и провёл ладонью по зеркалу-артефакту, заглушая его.
Вдруг тяжёлая резная дверь кабинета отворилась, и в помещение ворвался маленький ураган.
Мариям подбежала к отцу, а за ней нёсся чёрный котёнок, высунув длинный розовый язычок и смешно затормозил, перекувыркнувшись через голову.
— Папа! — воскликнула Мариям. — Я не хотела! Папочка, я больше так не буду!
— Что ты опять натворила, Мари? — строго спросил её отец, поднимаясь с кресла.
— Я всего-навсего вложила в заклинание немного Тьмы, совсем чуть-чуть, папа! Я хотела, чтобы неодушевлённый предмет не просто перемещался, но и стал «живым», как зомби, которых мы подчиняем.
— Мари! — воскликнул рассерженный Алишер. — Я тебе сколько раз говорил, чтобы ты не обращалась к Тьме! Ты забыла правило?
— Нет, — надула губы девочка. — Я помню правило — Тьму призывать могут только достигшие зрелости некроманты. Но папа! Я всего капельку добавила!
— Мари! Тьме неважно, сколько её призывают — капельку, либо целый океан! Она — Тьма, в любом случае! Она могла завладеть тобой! Слава Тёмному Богу, что в тебе бежит сильная кровь Ли Горов! Будь ты слабее, она поглотила бы тебя! Моё терпение лопнет, и я заблокирую твою тёмную силу до совершеннолетия, Мари!
Мариям топнула ножкой, а потом подумала и обняла отца.
— Папочка! Я больше так не буду, обещаю!
В кабинет ворвалась взъерошенная и напуганная нянька девочки и быстро поклонившись, затараторила:
— Моя госпожа! Мы не можем их найти! Они все ускакали!
— Так! Мари, «что» ты оживила?
— Табуретку…
— Табуретку? Ты призвала Тьму, чтобы оживить табуретку? — удивился Алишер и посмотрел на Урсулу.
Урсула промолчала. Она была верна своей маленькой госпоже и не рассказала, что Мариям её обвела вокруг пальца.
