Взрославая женщина Елена Валентиновна припарковала машину у старого дома. Хотя он выглядел постаревшим среди других зданий, внутри находился мир: резные ставни, красный петушок на крыше и ярко-зелёная гирлянда спускались по карнизу. Елена Валентиновна перевела взгляд на визитку, наконец найденную в сумке, и увидела знакомую фамилию: попаданка Сотникова....
Каменные стены, пол и потолок уюта не добавляли, а ещё больше добавляли грубости интерьеру. И довершал неуютное убранство помещения уродливый камин, стилизованный под разинутую пасть скелета… динозавра?
Судя по этой комнате, замок строили давно. Очень давно. Наверное, это происходило в те самые времена, когда жилище служило ещё и убежищем.
Алишера пока не было.
— Миленько, — заметила Сара, оглядевшись.
— Я папе давно говорила, чтобы переделал комнату, но он не хочет. Говорит, что всё сохранилось в лаборатории со времён его прадеда.
— Ого, — удивилась Сара, другими глазами посмотрев на интерьер, но лучше он этого факта не стал.
Определённо, вкус у предшественников Алишера отсутствовал напрочь.
Они подошли к накрытому столу. Садиться за стол, пока нет хозяина — моветон, поэтому Сара жадно рассматривала, что подали сегодня на обед.
На столе красовалось множество накрытых стеклянными крышками блюд с горячими и холодными закусками на тарелках.
И тут, одна из запертых дверей резко отворилась, являя пред ясны очи Сары весьма помятого и уставшего некроманта.
Алишер даже войти не успел, как сразу же застыл на пороге. И в то же мгновение его уставшее лицо приобрело раздражённую гримасу.
Он оглядел присутствующих: улыбающихся Сару и Мариям, и склонившуюся в поклоне Урсулу.
— Сюрпри-и-из! — выдала Сара.
Он открыл было рот, чтобы спросить, что они здесь забыли, как вдруг заметил накрытый на четыре персоны стол.
— Гарольд! — крикнул некромант, что аж каменные стены задрожали.
В ту же секунду в комнату влетел дрожащий от страха горбун. Он низко поклонился своему Господину.
— Что это такое? — рявкнул Алишер. — Почему моя дочь с нянькой и жена находятся здесь? И почему стол накрыт на всех?
Гарольду не дали ответить ни Сара, ни Мариям.
— Это была моя идея, Алишер. Не ругай Гарольда. Я попросила его не говорить тебе…
— Папа! — топнула ножкой Мариям. — Ты с нами уже два дня не кушаешь! И сейчас ругаться начал! А я, между прочим, соскучилась и есть хочу!
Она надула пухлые губки и прижала крепче к груди своего котёнка Калюка.
Алишер на секунду прикрыл глаза, успокаиваясь.
Махнул рукой, отпуская Гарольда и сказал:
— Прошу к столу дамы. И прости меня, Мари. Больше не буду обделять вас своим вниманием.
И очень многозначительно посмотрел на Сару.
Та лишь кокетливо похлопала глазками, делая вид, что совсем-совсем ничего не поняла.
