В книге "Судьба непринятой пройдет" читатель погружается в глубину чувственных ощущений, когда каждая клеточка тела становится уязвимым местом. Пробуждение новых переживаний и стремление вернуться к привычному равновесию создают невероятно драматичную атмосферу. События разворачиваются в момент, когда силы сознания пытаются справиться со свирепым потоком эйфории и неземной легкости, словно выныривая из глубин божеского блаженства....
Но активные занятия с учениками, работа с переводами, вдруг посыпавшимися от заказчиков, отвлекали, да и потом Агата нашла отличную возможность сбегать от грустных мыслей: наконец получив возможность рисовать свои китайские рисунки, она рисовала, входя в некое измененное состояние сознания. Здорово. Она и забыла, насколько это уникальное, поразительное состояние, словно очищающее от всякой суетности, переформатируя твою осознанность.
Даже дышится после такой творческой медитации по-другому."
"В конце февраля случилась великая радость у любимой соседки – к Полине Андреевне прилетела внучка с подругой из Америки.
Ну, ладно, решила Агата, можно и гидом. На основании высказанных девочками пожеланий разработала экскурсионный план мероприятий, маршруты, посещения музеев и театров.
Девушки прекрасно проводили время, и Агата, благодаря удачной, неожиданной оказии, с удовольствием прошлась по Пушкинскому музею и по Третьяковке, побывала в МХТ и в «Современнике», посетила Кремль, Грановитую и Оружейную палаты, одним словом, побыла в роли туристки в любимом городе.
Но основным «топ-десять» известных туристических мест изучение девочками российской столицы не ограничивалось, им была интересна и ночная Москва, с ее развлекательными центрами и тусовками.
А вот это уже не входило в круг интересов Агаши. Во время своей недавней юности они с Глашкой потусили по ночным клубам и гонкам стритрейсеров, по жестким квестам и другой молодежной развлекухе, впечатлений набрались с лихвой. И в какой-то момент весь этот искусственный драйв, порой с некоторыми элементами треша, стал совсем тухло-неинтересен для непьющих, не нюхающих и не вштыривающихся ничем сестричек.
Агата позвонила одному своему бывшему подчиненному из фирмы Хазарина, можно сказать, специалисту по ночной тусовочной столичной жизни, которому спокойно могла доверить девчонок, не опасаясь за их безопасность.
