В книге "Судьба непринятой пройдет" читатель погружается в глубину чувственных ощущений, когда каждая клеточка тела становится уязвимым местом. Пробуждение новых переживаний и стремление вернуться к привычному равновесию создают невероятно драматичную атмосферу. События разворачиваются в момент, когда силы сознания пытаются справиться со свирепым потоком эйфории и неземной легкости, словно выныривая из глубин божеского блаженства....
Накормив Олега завтраком, Агата отправила его восвояси, ничего не объясняя, просто сказала:
– Не скажу, что это была ошибка, но и больше встречаться мы не будем, Олег.
Вытолкала за дверь, и все, не ответив на его недоумения. И на работе отказалась общаться, отговорившись нервной, ненормальной обстановкой. Ну а зачем человека обманывать и использовать? Нечестно по отношению к себе самой и к нему. Да и было бы что там использовать… охо-хо.
Надо сказать, у них в офисе и на самом деле была не просто нервная обстановка, а все откровенно катилось к реальной катастрофе к такой-то китайской бабушке.
В Поднебесной уже вовсю бушевал коронавирус, и уже в конце января началась нездоровая «движуха», вернее, ее практически полное отсутствие. Китайские партнеры и поставщики пребывали в панике и повышенной тревожности из-за этого непонятного вируса КОВИД-19, вспыхнувшего в одной из провинций.
Пошли повальные отказы от уже оформленных заказов, в мире поднялась волна настоящего психоза, объявляли, что все китайские товары заражены новым вирусом, сделки с Китаем слетали одна за другой, и на фирме творился настоящий коллапс. Агата спрашивала китайских поставщиков, что у них происходит, те давали какие-то ненормально мрачные прогнозы, которых сами же и пугались, но ничего конкретного ответить не могли.
А потом в один день Россия закрыла границы с Китаем, и у Агаты благополучно накрылись две командировки, которые были согласованы еще в прошлом году.
Хазарин и его партнеры, на глазах которых рушился весь их бизнес, выстроенный годами, находились в откровенном ступоре, не понимая, что делать, за что хвататься и как спасать то, что можно было еще спасти. Паника и полная дезориентация среди планктона, все мрачные, тревожные, шушукаются по углам, выдвигая теории одна другой дичее, у Александра Романовича сердечный приступ случился.
А там уж и карантин с изоляцией грянули.
