Автор
Ииииииииии-тааак… Давайте встретимся в красно-о-ом угуле ринга — трехкратный чемпион будет выбран именно здесь. Ведущий с бешеной энергией объявляет о новом кандидате, но я почти не слышу его слова, так занят я тем, как парень уверенно спускается на ринг в черной чулке и белых тights....
– Привет, Санька, – улыбаюсь ему в ответ от души. – Нет, конечно, это бывший одноклассник.
– Смотри, ревновать буду и в боулинг больше не позову, – хохмит Шурик.
С уверенностью могу сказать, что пьяных терпеть не могу, потому что подспудно жду от них агрессии, но не от Тищенко. Он, как плюшевый мишка, всегда со мной ласковый и милый.
– Привет, – останавливаюсь за спиной Султанова и, набравшись храбрости, а точнее поддавшись пузырькам шампанского, что играют в крови, дотрагиваюсь до его плеча и, наклонившись, тихонько произношу на ухо, – с днём рождения, Сулейман! Желаю, чтобы твои мечты сбылись.
– О, не переживай, Мари, они непременно сбудутся, – растягивая ухмылку, комментирует мое поздравление Чернов и хлопает именинника по предплечью. – Правда, брат?
– Конечно, – поворачивает тот голову и обжигает меня серьезным взглядом, в котором полыхает горящее темное пламя, готовое спалить дотла в любую секунду. – Спасибо, Маша.
От его вибрирующего, пропитанного силой и уверенностью голоса мурашки бегут по коже, а сердце сбивается с ритма.
– Всегда пожалуйста. Не буду вам мешать, – киваю всем и, разорвав прикосновение с каменным плечом, ухожу к Аленке. – Прости за задержку. Надеюсь, не сильно скучала?
Адреналин от того, что осмелилась на людях первой заговорить с Суликом, так и бурлит по венам, и даже появляется какой-то шальной драйв. Хочется танцевать и веселиться.
– Давай-ка еще по бокальчику шипучки и пошли зажигать под мою любимую песню, – придвигает мне наполненный фужер Макарова. – А-то я и вправду заскучала.
Озвучивает она тост. И я поддерживаю.
А дальше время будто смазывается.
Мы танцуем с Аленкой, смеемся, веселимся, вновь пьем шампанское, затем каким-то непонятным образом компания боксеров оказывается за нашим столом, а Султанов совсем рядом со мной."
"Понимание, что что-то идет не так, голова ненормально кружится, а я пьянее, чем должна быть, и меня ведет из стороны в сторону, настигает слишком поздно. Проходит буквально одна секунда, как моё нормально-адекватное состояние сменяется абсолютной заторможенностью.
Нет, я не падаю и не веду себя развязно. Скорее, слишком замедленно, но самое ужасное, не могу сказать ни слова. Язык становится будто ватным. Чужим.
А еще хочется спать.
Ужасно.
Кажется, лишь с третьей попытки я умудряюсь сказать Аленке, что мне плохо и надо домой. Она кивает, но мы не уходим, так как все такси заняты. Помнится, в какой-то момент подходит Викторов и предлагает мне ехать вместе с ним.
