Автор
Особняк Сент-Сайров, Лондон — 25 марта 1811 года. Грейсон Элмер Сент-Сайр, барон Клифф, мрачно разглядывал испачканную записку и сжимал ее в кулаке. «Паршивое письмо!» — прошипит он между зубов, прежде чем швырнуть бумагу в камин. Даже эти короткие строки дышали ненавистью.
— В таком случае не лучше ли тебе переменить свое мнение обо мне?
Нахмурившись, Джек неохотно процедила сквозь стиснутые зубы:
— Мне трудно сказать сразу. Для этого сначала нужно вспомнить весь твой разговор с отчимом и забыть о том, как я разозлилась на тебя!
— Будь добра, сделай такое усилие.
Внезапно выражение лица Джек изменилось, и на нем появилась робкая улыбка.
— Господи, Грей, ты самый большой пройдоха на свете! Еще никому не удавалось поймать рыбку в такой мутной воде. Так вот зачем ты представился чуть ли не вторым сэром Генри!"
"— Наконец-то ты оценила по достоинству мои актерские способности! Теперь я почти уверен, что все пойдет как по маслу, — если только твой отчим действительно собрался жениться на миссис Финч.
— Как ты думаешь, она богата?
— Если она не окажется сказочно богатой — значит, сэр Генри круглый дурак или на него просто нашло помутнение от неумеренной страсти.
— Поверь, он очень хитрый. И никогда не был дураком. Но послушай, Грей, ты не забыл, что все еще лежишь на мне? И я кое-что чувствую.
Барон вздрогнул и невольно прижался к ней еще сильнее.
— Я тоже кое-что чувствую, Джек. — Он сделал над собой усилие и перекатился на бок.
— Что ты собрался делать завтра?
— Я хочу немного пошептаться по секрету с Дарили и с миссис Смитерс. Полагаю, в их лице мы обретем превосходных помощников. Ну а теперь уже слишком поздно, и как бы мне ни хотелось преподать тебе очередной урок семейной жизни, давай не будем забывать, что здесь спит Джорджи.
На протяжении последующих двух дней Грей ни разу не заводил с сэром Генри разговора о его дочери; зато Джек почти не отходила от своей сводной сестры. Джорджи очень быстро шла на поправку, она была упорной и крепкой малышкой. Когда Грей впервые увидел ее при свете дня, то не удержался от восхищенного восклицания.
— Ну вот, пончик, ты почти высохла. Но мы все равно будем настороже. Так что ступай-ка к огню и досуши волосы у камина!
Грей подобрался поближе — и замер. У Джорджи один глаз был ярко-синим, а другой — золотистым!
Барон не верил своим глазам. Разве такое возможно — глаза разного цвета?..
