Автор
Особняк Сент-Сайров, Лондон — 25 марта 1811 года. Грейсон Элмер Сент-Сайр, барон Клифф, мрачно разглядывал испачканную записку и сжимал ее в кулаке. «Паршивое письмо!» — прошипит он между зубов, прежде чем швырнуть бумагу в камин. Даже эти короткие строки дышали ненавистью.
— Я уверен, что лорд Берли был бы с вами совершенно согласен, сэр.
— Надо напомнить Снеллу, чтобы он поплотнее задернул шторы в спальне. Чарлз терпеть не может яркий свет, и его ни в коем случае нельзя беспокоить. Да, пусть остается в своем любимом полумраке. Я сию же минуту прикажу позаботиться об этом. А с тобой, малыш, мы еще побеседуем позже, после того как я и лорд Брикер придумаем способ понадежнее, чтобы справиться с трудностями.
Грей и мистер Харпол Дженнер пожали друг другу руки, после чего мистер Дженнер снисходительно похлопал своего юного друга по плечу:
— Можешь не беспокоиться, мы позаботимся обо всем! Я знаю, как любит тебя наш Чарлз.
Покидая особняк крестного, Грей от всей души желал лорду Барлею выздоровления. Он был очень привязан к старику и чувствовал себя неловко оттого, что был вынужден просить об одолжении не самого лорда, а его близкого друга.
Теперь ему оставалось только одно — ждать. Грей очень мало был знаком с лордом Брикером, но он твердо верил, что этот человек обязательно сумеет ему помочь.
Дуглас Шербрук глянул на своего брата Райдера поверх развернутой «Лондон газетт»:
— Рад, что ты вернулся. Как чувствует себя девочка?
Райдер, весь вид которого говорил о его неистребимом жизнелюбии, сидя у стола, намазывал толстым слоем джема свой тост.
— Ее зовут Эдриенн.
— Райдер, а сколько всего детей находится сейчас в Брэндон-Хаусе?
— Пока их лишь тринадцать, поэтому Джейн без конца жалуется — говорит, что ее не устраивает такая маленькая семья. Что касается твоих мальчишек, то они в полном порядке и ходят все в синяках и шишках, как им и положено.
