Автор
Особняк Сент-Сайров, Лондон — 25 марта 1811 года. Грейсон Элмер Сент-Сайр, барон Клифф, мрачно разглядывал испачканную записку и сжимал ее в кулаке. «Паршивое письмо!» — прошипит он между зубов, прежде чем швырнуть бумагу в камин. Даже эти короткие строки дышали ненавистью.
— Я ужасно боюсь за Джорджи — она ведь по-прежнему целиком в его власти! Даже не знаю, что мне делать…
— Не переживай, я непременно что-нибудь придумаю. Даю тебе клятву, что с Джорджи не случится ничего плохого и она скоро будет в безопасности. Ты мне веришь?
По ее глазам Грей прочел, что она ему доверяет, хотя по-прежнему тревожится за свою младшую сестру.
— Ладно, поживем — увидим. — Джек вздохнула.
— Кстати, не хочешь ли прочесть наш брачный контракт?
— Хочу, и еще как! Мне ужасно любопытно разобраться в вашей мужской премудрости!
— Но сначала иди сюда и позволь мне тебя поцеловать.
Ее губы оказались удивительно горячими, податливыми и приятными на вкус. Грей и не заметил, как его руки скользнули вниз. Но все же он вовремя успел остановиться. Нет, не стоит спешить, ведь это не Дженни. Джек совершенно неопытна в таких делах. Да и готовить она наверняка совсем не умеет… Что ж, надо надеяться, теперь у него будет достаточно времени, чтобы научить ее всему, что должна знать молодая жена.
— Сначала тебе нужно расслабить губы… — пробормотал он, щекоча языком ямочку у нее на щеке.
— Что это значит?
— Это значит, что ты слишком сильно их сжимаешь. Она немного отодвинулась, не в силах удержаться от смеха.
— Ох, Грей, лучше сам покажи, что я должна делать!
А вот это уже никуда не годилось. Она оказалась чересчур податливой и покорной. Он мог овладеть ею прямо сейчас, вот на этом диване, тем более что на ней же ничего не было, кроме пеньюара из черного шелка.
Грей решительно отстранился.
— В пятницу я покажу тебе все, что ты пожелаешь.
По виду Джек было ясно, что она абсолютно ничего не понимает. Ничего страшного. Зато ей мигом все станет ясно, как только Грей получит благословение епископа на плотские утехи, которым он будет предаваться до тех пор, пока окончательно не лишит ее сил.
И все же он чувствовал, как его благие намерения трещат по швам — они буквально разваливались, словно старое зеркало, видевшее слишком многое на своем веку.
— Я бы хотел, чтобы в пятницу вечером ты укусила меня в шею точно так же, как это сделала сейчас Элинор, ладно?
Нерешительно кивнув, она шагнула вслед за ним.
— Грей, честно говоря, я ведь могла бы покусать тебя прямо сейчас.
