Начинается серия жестоких сексуальных снов, где героиня переживает одновременно ночь и день. Усиленная теплота и запах растут вместе с желанием соблазненной женщины, заставляющей вспомнить о давно забытых прелестях. Каждый боди сталкивается со страстными сексуальными приключениями, которые лишают покоя и изменяют все мысли героини....
Похоже, «Сумасшедший декабрь» относится к циклу. Ниже — другие найденные книги этой линии.
— Какие планы? — интересуюсь я, стирая с его губ помаду. — Зарплата пришла. Мне в торговый центр надо.
— Без проблем. Но сначала съездим в больницу к очень хорошей женщине.
— Что за женщина?
— Люба, наша домработница, с давлением слегла. Она мне заменила бабушку. Я обещал ей познакомить вас. Совершенно не знаю, что нужно ей привезти, чем порадовать. Поможешь?
— Да, конечно, — киваю. Мне и отказать неудобно, поскольку близкий ему человек в больнице. И знакомиться… это что-то личное и уже очень серьезное.
Глава 28
Максим
Кристина выбирает для Любы что-то вроде пушистой шали. Красиво, тепло. Думаю, Любе понравится.
— Что она еще любит? — оглядывается на меня.
— А?"
"Да, я ее не слушаю, постоянно отвлекаясь на ноги в чёрном капроне и длинные, облегающие сапоги. Я озабоченный. Маньяком себя чувствую. Хочу эти ноги себе на плечи.
— Я спрашиваю, что любит Люба? — усмехается Кристина. — Чем увлекается?
— Сериалы она любит. Вяжет… готовит хорошо.
— Можно закачать на планшет много сериалов.
— Да нет. Ей у нас дома плохо стало. Отец поместил ее в хорошую клинику. Там и телевизор, и сериалы, и питание правильное.
— Ну тогда какой-нибудь крутой набор для вязания. Там пряжа хорошая, и… Если честно, я в этом ничего не понимаю. Рукоделие — не моё. Но, кажется, в этом центре есть подобный магазин. Пошли посмотрим.
Снова спокойная, идет вперед, а я, как верный пес, за ней. Как очень голодный пес, исхожу слюной.
Покупаем Любе какой-то очень крутой набор, как заявила продавщица.
Раздеваемся в гардеробе, надеваем бахилы, идём по коридору. Зачёт папочке — клиника, и правда, хорошая. Радует, что не поскупился. Люба много отдала нашей семье и всегда искренне переживала за меня и за маму. Она и здоровье потеряла, когда погибла мать и сестрёнка.
Кристина медлит. Я, определённо, тороплю события, но по-другому не могу. Мне не хочется оставить ей даже единого шанса на отступление.
Беру ее за руку, сжимаю теплую ладонь, стучу.
— Входите! — отзывается Люба. Заглядываю. Улыбается. — Проходи, Максимка.
Распахиваю дверь шире, втягиваю за собой Кристину.
— Здравствуйте, — кивает она, теряется, осматриваясь. Впервые вижу, как королева теряется и даже стесняется. Как девочка. Ммм, как вкусно. Какой вот, к черту, возраст? Девочка — всегда девочка, сколько бы ей лет ни было.
