Начинается серия жестоких сексуальных снов, где героиня переживает одновременно ночь и день. Усиленная теплота и запах растут вместе с желанием соблазненной женщины, заставляющей вспомнить о давно забытых прелестях. Каждый боди сталкивается со страстными сексуальными приключениями, которые лишают покоя и изменяют все мысли героини....
Похоже, «Сумасшедший декабрь» относится к циклу. Ниже — другие найденные книги этой линии.
Стискиваю челюсть, дышу сквозь зубы. Выкидываю сигарету в окно, захожу на кухню. Королевы нет. Это даже к лучшему. Я настолько впечатлился ее спектаклем, что едва держу себя в руках.
— Кристина пошла укладывать дочь спать, — сообщает мне Юрий. Киваю. И тебя я сейчас тоже грамотно уложу. Хрен ты к ней сегодня прикоснёшься. Беру бутылку, наливаю нам по полному стакану.
— Давай выпьем за сотрудничество, — стимулирую его.
— Хороший тост.
Ближайшие сорок минут я набухиваю Юрия, слушая его байки и бесперспективные планы в бизнесе.
И да, он почти в ауте, еле шевелит языком, с трудом держа бокал. Не контролирует себя, повышает голос, пытаясь мне что-то объяснить. Улыбаюсь. Прости, мужик, от хороших мужей жены не уходят. А твоя жена скоро уйдет.
Самоуверенно?
Да!
Но кто не верит в победу, тот заранее проигрывает.
— Можно потише, Эля спит.
Кристина выходит к нам. Сводит брови, осматривая мужа.
— Юра, ты зачем так напился?!
Недовольная, снова прожигает меня глазами."
"— Кто напился? Я нормально, — заплетающимся языком проговаривает мужик.
— Юр, давай спать, поздно уже, — пытается поднять мужа и увести. Он, в принципе, не сопротивляется.
— Макс, — тянет руку. — Приятно… — не договаривает и со стеклянными глазами, пошатываясь, уходит в гостиную. Кристина за ним. Мне плевать, что ему там приятно, главное — цель достигнута. Выхожу на лоджию. Не курю, просто дышу, пытаясь отрезветь.
Захожу в ванную, умываюсь, слышу шаги королевы, выхожу в коридор, гашу в ванной свет и затаскиваю ее внутрь. Быстро запираясь.
— Что ты делаешь? — не кричит, шипит, как кошка. Да, моя кошечка, покусай меня.
— Хочу тебя, — голос садится, хриплю, словно простужен.
— Много хочешь! Ты специально его напоил?
Дёргается, пытаясь выйти, но я вжимаю ее всем телом в стиральную машину.
— Макс! — вскрикивает, но тут же закрывает рот, пугаясь своего голоса.
— Да, королева. Тише.
— Отпусти! Что ты себе позволяешь?!
— Я позволяю то, чего уже неделю дико хочется. Не дашь сама — возьму насильно. Но ты сдашься, моя королева, потому что подсознательно уже понимаешь, что назад дороги нет. Ты моя.
Размахивается, даже в темноте попадает мне по лицу. Щека горит. Заводит. Возбуждение горячей лавой прокатывается по телу. Ловлю ее руки, сжимаю запястья и впиваюсь в губы.
