Начинается серия жестоких сексуальных снов, где героиня переживает одновременно ночь и день. Усиленная теплота и запах растут вместе с желанием соблазненной женщины, заставляющей вспомнить о давно забытых прелестях. Каждый боди сталкивается со страстными сексуальными приключениями, которые лишают покоя и изменяют все мысли героини....
Похоже, «Сумасшедший декабрь» относится к циклу. Ниже — другие найденные книги этой линии.
И ты это понимаешь, — хватая воздух, говорит она.
— Понимаю. Только я и без подарков много от тебя хочу. Очень много. Ты права. В благородство играть не умею! — выходит угрожающе. Голос опять хрипнет. Не хочу больше разговаривать. Не получается у нас словами. Наклоняюсь и впиваюсь в ее упрямо сжатые губы. Не отвечает. Сопротивляется, но я перехватываю ее скулы, сжимаю и снова насильно целую, заставляя мне отвечать. Рычу, кусаю, вынуждая открыть губы, вторгаюсь в рот, сплетая языки, пока она мне не отвечает. Так красиво задаваясь, со стоном, обхватывая мою шею, царапая кожу ноготками.
Всхлипывает мне в губы. Влага стекает по ее щекам, и губы становятся солёные.
— Ну, твою мать! — вырывается из меня. — Прости! Прости, что я такой вот жадный и эгоистичный! Ничего не могу с собой поделать! — повышаю голос на эмоциях. Я как на американских горках: то резко вверх, то камнем вниз. Не могу с ней иначе.
— Дело не в тебе, Максим… — тихо произносит она, утирая слезы. — Прости. Дело во мне. Просто отвези меня домой к дочери. Пожалуйста, — и это ее «пожалуйста» такое отчаянное и горькое, что я не смею возражать.
Глава 23
Кристина
Открываю дверь своим ключом. Дома тепло. Пахнет выпечкой. Элька что-то трещит без умолку. Снимаю пальто, сапоги, кидаю сумку и пакет на пол, сажусь на тумбу. Сил нет. Совсем. Смотрю в одну точку на стене. От меня пахнет Максимом. Я вся пропитана его парфюмом, сигаретами и его терпким личным запахом. Но смыть это все больше не хочется. Пусть на мне будет его запах.
Пусть будет.
Мне легче вдыхать его, чем вонь измен и предательства мужа.
Обои у нас в коридоре ужасные. Белый кирпичик с серыми разводами. Это Юра выбирал. Хочется содрать их к чертовой матери. Они никогда мне не нравились. Никогда не была эгоисткой, всегда шла на уступки и прогибалась под мужа.
Всегда.
В любых вопросах. Обои, сериал, кредит — все для него и как хочет он. Мне казалось, так правильно. У нас же семья, нужно идти на уступки, компромиссы.
Прислушиваюсь. Элька не просто болтает, а учит стих. Что-то про шарики.
